Андрей не ожидал, что кто‑то станет развивать неуверенно высказанное предположение Марии и обвинять кого‑либо в пожаре, пусть почти каждый успел побывать внутри дома незадолго до возгорания. Они сочувствовали не только пострадавшим в огне, в большой степени они сочувствовали друг другу. Каждый представлял, что могло произойти, окажись именно он в эпицентре пожара, что могло произойти, стань жертвой бóльшая часть их компании. И им было трудно не думать о том, как случившееся несчастье повлияет на родственников пострадавших, как в принципе отыграется на их жизненном пути. Под покровом изменившей им ночи, лишенные возможности продолжать движение, они мысленно усугубляли ситуацию до предела. Трудно было не проникнуться предчувствием, что, запершиеся в собственных переживаниях, некоторые из них причинят себе очень мучительный, долго не проходящий психический ущерб. Андрей снова стал окидывать взглядом всю компанию, размышляя, кто именно смог бы произнести сейчас слова утешения. Его взгляд остановился на Валентине. Она стояла, опершись о борт автомобиля с опущенной головой, волосы почти полностью закрывали ее лицо. Совладав с собой, Валентина наверняка сумела бы подвести компанию к моральному возрождению, тогда как замкнувшись могла дойти до такого состояния, в котором, не исключено, произнесла бы много диких, обескураживающих слов. Андрей поспешил заговорить с ней.
А.: Валя, о чем ты думаешь? Ян будет в норме. Я не видел у него сильных ожогов.
В.: Как будто я думаю только о Яне. Невероятно, до чего доводит человеческая беспечность. Мы просто поехали развлечься, а вышло вот что. Как будто, решив развлечься, можно забыть обо всех нормах безопасности. Мы же не гнали на машине, как безумные, а вот с огнем потупили, как несмышленые дети. Стыд нам!
А.: Мы не должны больше сосредоточиваться на этом. Урок усвоили все. Посмотри – видишь, как все подавлены, растеряны. А нам нужно воспрять духом, чтобы при встрече не тяготить унынием тех, кто по-настоящему пострадал. Своей бодростью и энергией мы должны будем усилить их стремление прийти к здоровью.
Я.: Так чего ты хочешь от нас сейчас? Чтобы мы стали вести себя как ни в чем не бывало? Сделать вид, что здесь мы оказались просто по идиотской прихоти случая, и продолжить как будто быть на отдыхе?
А.: Конечно, это было бы неправильно. Но вот замыкаться в себе, как мы делаем, тоже нельзя. Как бы ни трудно нам было в эти минуты, мы обязаны поддерживать друг в друге хоть какой оптимизм.
Я.: А много ли мы сделали, чтобы выручить их? Не буду говорить за себя, но Юра смело лез в огонь, чтобы спасти друзей, и в итоге пострадал сам. Я молчу, потому что мысленно корю себя за недостаточную смелость. Я мог бы помочь кому‑то быстрее выбраться из этого пожара и не так уж пострадать самому. Я знаю это, и поэтому просто презираю себя за трусость.
А.: Разве жизнь часто подбрасывает нам такие испытания? Чтобы правильно повести себя в такой ситуации, нужен опыт участия в подобных событиях. Второпях ты мог совершить ошибку, которая стоила бы тебе жизни. Мы благодарны, что ты сохранил себя.
В.: Хорошо. Пусть даже так. Но разве не лишает тебя дара речи картина боли, которую мы все видели, пока к месту не подъехала скорая помощь? Невозможно было смотреть, как они страдали! Я думала, что голову себе разобью от неспособности уменьшить их боль.
А.: Но теперь они под опекой врачей. Давайте не концентрировать внимание на худшем, а подумаем о том, что обстоятельства позволили нам выйти из этой ситуации без потерь. Мы должны быть благодарны случаю, что не все находились в тот момент в доме, что скорая помощь не так сильно запоздала. У нас впереди много дел, которые мы сделаем лучше, если вот прямо сейчас преодолеем уныние и начнем обговаривать, что именно нам нужно сделать дальше. А главное наше дело – поддержка пострадавших в пожаре товарищей. Давайте лучше обсудим, как их поддержать.
М.: Я не знаю. Так сложно об этом говорить. Приятно ли будет, например, Инне слышать о ее любимом теннисе, когда она не будет уверена, что сможет снова нормально ходить?
А.: Ты задаешься этим вопросом – значит, мы уже начали обсуждение, которое я предложил. Давайте подумаем над другим способом поддержать Инну. Я уверен, мы обязательно придумаем что‑нибудь эффективное.
