Он ел в тишине рис, не глядя на стул напротив, где обычно сидела его дочь, и посматривал на дверь в надежде, что сейчас она откроется и войдет Сучжон. Но при этом понимал, что она умерла…
Вот так выглядит постоянная боль. Нужно быть готовым к тому, что в самый неожиданный момент в голове всплывут воспоминания о дочери. Они не меркнут с течением времени, а боль становится все сильнее. Единственный способ ее преодолеть – раствориться в ней или полностью закрыться, отрезать все мысли об этом. Учжин выбрал второй вариант, спрятавшись под панцирь, как черепаха, в то время как его жена съедала себя – и заболела раком.
В его безжизненной душе дул сухой ветер. Если в панцире появлялись трещины и раны снова воспалялись, он быстро блокировал воспоминания и подавлял эмоции. Но созданная им пустыня стала красной от крови жены. Она стремительно проникала в сухую землю, разламывала ее и просачивалась куда-то глубоко внутрь. Пробудила боль от утраты дочери, что доставляло Учжину еще больше страданий.
Смерть – это не одномоментное действие. Это ад, повторяющийся каждый божий день. Волны боли будут давать тебе пощечины до самой смерти.
Учжин вновь взглянул на испачканные руки. Почему его ладони покрыты теплой кровью жены?
Он не мог не спросить об этом. Слова любимой перед смертью крутились в голове, как неразгаданная головоломка. Учжин не мог даже нормально заплакать, отчего глаза невыносимо болели.
«Я не заслуживаю слез. Я потерял дочь и дал жене уйти», – подумал он.
У него не было сил жить. После смерти Сучжон он держался только благодаря жене. Но сейчас на свете не осталось ни единой души, которую ему надо защитить. Все, чего хотел Учжин, – выключить двигатель и остановиться.
Внезапно ему стало интересно, сможет ли он встретиться с женой и дочкой, если уйдет вслед за ними? Смогут ли они снова быть вместе?
Все три дня похорон время тянулось очень медленно.
Люди, которые пришли попрощаться с Хэин, при виде Учжина замолкали или переходили на шепот. Иногда до него доносились обрывки разговоров о его дочери и фразы про суицид. Каждый раз он чувствовал, что от него отрезали огромную часть, но никому этого не показывал.
Учжин молча принимал соболезнования и в душе сам прощался с миром. Встречался глазами с друзьями детства, выражая благодарность за поддержку, а они, в свою очередь, молча хлопали его по плечу. Уровень этих чувств зависел от степени близости с человеком, но тем, кто по-настоящему знал его и его жену, он отвечал абсолютно искренне.
По дороге в крематорий Учжин наконец взглянул в окно автобуса на улицу. Солнце все еще освещало проезжую часть. Ему казалось, что на время похорон время остановилось, но на деле жизнь продолжалась. Покрытые багрянцем деревья медленно скидывали одеяние в лучах позднего осеннего солнца. Однако его не впечатлял пейзаж за окном. Мир всегда был и будет одинаковым. Воспоминания о семейной жизни смоет дождь и сдует ветер. Учжин готовился отправиться вслед за женой и дочерью, его больше ничего не интересовало.
Автобус ненадолго остановился напротив их дома – последний ритуал перед отправкой покойной в крематорий.
Тхэхён вышел первым, держа в руках портрет Хэин. Когда Учжин вошел в квартиру, в которой не был несколько дней, на глаза ему навернулись слезы, но он быстро взял себя в руки, шепча себе под нос, что скоро все кончится. Это успокаивало.
Тхэхён открыл двери каждой комнаты в доме и обошел с портретом всю квартиру. Каково было его удивление, когда, открыв маленькую дверь возле кухни, он увидел комнату Сучжон. Озадаченно посмотрел на Учжина.
Тот напряженно глядел внутрь. Ее не открывали больше года. Он не мог даже думать о том, что сейчас они зашли туда с портретом жены, чтобы проводить ее в последний путь. На мгновение ему показалось, что за столом сидела Сучжон и звала его: «Папа…»
Все его тело пронзила невыносимая боль.
Однако Учжин равнодушно взглянул на Тхэхёна и кивнул. Тот, замешкавшись, обошел комнату по кругу.
Внезапно на подоконнике едва слышно звякнули стеклянные колокольчики. Тхэхён их не трогал, окно было закрыто, но Учжин отчетливо слышал звон.
Стеклянные колокольчики в форме тюльпанов играли тихую легкую мелодию. Казалось, будто Сучжон разговаривала с ними. Это был подарок мамы на день рождения. Учжин вспомнил, как радовалась его дочь, разорвав подарочную упаковку. Она могла целыми днями сидеть и слушать этот магический перезвон.
Учжин почувствовал, как жжет глаза, – он больше не мог сдерживать эмоции.
В комнате Сучжон его жена навсегда попрощалась с домом.
Приехав в крематорий, чтобы сжечь тело, Учжин еще раз прокрутил в голове, что и как он должен сделать.
Теперь у него нет семьи, которая сможет о нем позаботиться. Учжин вспомнил о нескольких дальних родственниках, но они были не особо близки. Он решил, что все возможные приготовления сделает при жизни, а об остальном попросит позаботиться Тхэхёна. Тот относился к нему как к брату, и ему казалось несправедливым заставлять его вновь проходить через такие страдания, но Учжин был уверен, что Тхэхён примет его выбор.
