После кремации он сидел в автобусе, крепко сжимая урну.
– Послушай, ты точно в порядке? – обеспокоенно спросил Тхэхён, садясь сзади.
Он не представлял, что его друг будет делать дальше с прахом – тот ни места на кладбище не купил, ни в колумбарий не обращался.
– В порядке. Просто… я пока не готов с ней попрощаться.
Учжин поблагодарил друзей и родственников, которые провожали его жену в последний путь, и поехал домой. Тхэхён последовал за ним, чтобы завезти кое-какие вещи. Он хотел побыть с другом, но тот отправил его восвояси.
Несколько дней Учжин провел в полном одиночестве.
Послеобеденное солнце заглядывало в квартиру, из которой исчезло все тепло. Одинокие лучи падали на диван, где обычно сидела его жена и читала книгу, и на пузырек с лекарством, которое она принимала. Солнце делало атмосферу в комнате не такой унылой и безрадостной.
Учжин убрал пузырек и книгу и поставил на их место урну. Сняв пленку и открыв крышку, прикоснулся к праху – тот был еще теплым. Казалось, он до сих пор хранил в себе температуру тела жены.
От этой мысли ему стало немного легче. Учжин подумывал попросить поместить урну к дочери в колумбарий, но ему быстро стало тошно от мысли, что кто-то придет к ним в дом. «Нет, лучше пускай развеют в красивом месте», – пробормотал Учжин, держа в руках еще теплый прах, а после высыпал его на стол. Последние пару дней он провел словно в беспамятстве.
Внезапно его накрыла волна усталости, и Учжин, без сил рухнув на диван, закрыл глаза. Ему хотелось зарыться в подушки и неподвижно лежать в кромешной тьме. Он хотел проспать несколько дней или даже лет. Учжину казалось, что за эти несколько лет он ни разу не проснется. Но что потом? Боль вернется… Учжин подумал, что лучше никогда не просыпаться.
Открыв глаза, он окинул взглядом пустую и тихую комнату, повернул голову и вгляделся в кухню. Сквозь нее Учжин видел открытую комнату дочери. Кажется, Тхэхён забыл закрыть ее.
Комната скрывалась в темноте, ее было сложно разглядеть. Туда не попадали солнечные лучи. Острая боль вновь пронзила его сердце.
«Ты целый день провел в одиночестве», – сказал Учжин самому себе, глядя на урну. Он начинал понимать, как каждый день чувствовала себя жена.
Учжин пытался отогнать скорбь после смерти дочери, слушая громкий звук двигателя и лязг металла. И в какой-то мере ему это удалось. Сосредоточившись на закручивании гаек и замене деталей автомобиля, он не думал ни о чем, кроме работы.
«Что Хэин делала одна в гостиной, когда я уходил в мастерскую?»
«Что она чувствовала, когда все дома напоминало ей о Сучжон?»
Место их дочери на левой стороне дивана, ее спальня, кухня, где она бегала маленькой, старые вещи на балконе… Царапины ключом на двери, которыми он отмечал ее рост и возраст вплоть до 15 лет… Учжин помнил каждую отметку. В два года Сучжон начала говорить, в пять рассмешила его, потеряв зуб, и так год за годом в ее день рождения. В этот особенный день она ела на завтрак суп из водорослей, а потом брала отца за руку и вела к двери, чтобы узнать, насколько выросла…
В глазах потемнело, и Учжин вновь прикрыл веки.
«Как я это выдержу? Нет… как я думал, что выдержу?»
Тени Сучжон появлялись и исчезали, словно призраки. Мужчина подумал, что Хэин каждую минуту зализывала раны, которые открывались снова и снова. Естественно, что на фоне этого в ее организме зрели раковые клетки. Кто может знать, насколько больно проводить каждый день в квартире, глядя на комнату погибшего ребенка? Эти страдания не мог почувствовать даже он сам. Учжин внезапно осознал, что именно его бесчувственность привела к болезни жены.
Он потер глаза и резко сел. Надо было чем-то заняться, например разобрать вещи или документы. Учжин осматривал гостиную и думал, с чего начать.
Черный костюм, который он не снимал уже несколько дней, казался таким же тяжелым, как и он сам, поэтому сперва Учжин захотел сбросить одежду. Сняв пиджак, он услышал какое-то шуршание и обнаружил в кармане бумажный конверт. Открыл его, думая, что кто-то таким образом выразил соболезнования. Но, увидев написанное, превратился в камень.
Он не мог ни двигаться, ни дышать. Тело пронзила молния, наэлектризовав каждый нервный пучок в теле. Руки тряслись.
Учжин вновь и вновь читал эту строчку. Еще до того как он понял смысл фразы, его накрыла волна потрясения, и чем дольше мужчина смотрел в письмо, тем мощнее она становилась.
Что значит «настоящий преступник»? Сперва Учжин подумал, что это относится к убийству его дочери, но быстро отбросил такую мысль. Дело закрыто. Все преступники, унесшие жизнь его дочери, отбывают наказание за решеткой. В суде они признались в содеянном, и все улики указывали на них. Тогда откуда взялся «настоящий преступник»?
Разум Учжина был холоден. Казалось, его кровь почти замерзла.
Внезапно ему попал в глаза отблеск луча солнца. Замерев, он проследил за ним взглядом – тот отражался от урны с прахом жены. Это привлекло его внимание.
«Почему… наша дочь… умерла?» Перед смертью его супруга повторяла одну-единственную фразу.
