Услышав её голос, Джаред очнулся и принялся через силу пятиться прочь от речки, волоча за собой сестру.
– Там тролль! – выдохнул он.
Тварь рванула за ними следом. Загребущие пальцы проскребли по траве, самую малость не дотянувшись до ребят. Потом тварь взвыла. Джаред обернулся – но не мог понять, что случилось. Тварь снова потянулась к ним, но стоило длинному пальцу попасть в луч света, как лапа тотчас отдёрнулась. Чудище взревело.
– Солнце! – сказал Джаред. – Его обожгло солнцем!
– Солнце скоро сядет, – заметила Мэлори. – Идём!
– Посто-о-ойте! – вдруг пропело чудовище. Голос у него оказался тихий и приятный. Оно не сводило с них своих жёлтых глаз. – Верни-итесь! А у меня что е-есть!
Тролль протянул сжатый кулак так, будто там и впрямь что-то было.
– Джаред, пошли! – сказала Мэлори почти умоляюще. – Я не вижу, с кем ты там разговариваешь!
– Ты не видел моего брата? – спросил Джаред.
– Мо-ожет, и ви-идел. Я что-то слы-ышал недавно, но было светло-о – слишком светло, чтобы увидеть.
– Это был он, наверняка он! Куда они побежали?
Чудовище мельком глянуло на развалины моста, а потом снова уставилось на Джареда.
– Подойди побли-и-иже, я тебе скажу-у!
Джаред попятился:
– Ага, щас!
– Ну-у, хотя бы ме-еч свой подбери!
Тролль указал на валявшуюся рядом с ним рапиру. Оружие так и осталось на берегу, там, куда Джаред его бросил. Он покосился на сестру. У неё руки тоже были пусты: очевидно, её рапира канула на дно омута.
Мэлори сделала шажок вперёд.
– Это единственное оружие, которое у нас есть!
– Иди-и, иди-и. Хотите – я и глаза-а закрою, если вам так споко-ойнее…
И тролль прикрыл глаза громадной лапищей.
Мэлори посмотрела на валяющуюся в грязи рапиру. Так посмотрела, что Джареду сделалось не по себе. Она явно намеревалась попытаться…
– Ты ж его даже не видишь! – прошипел Джаред. – Идём отсюда!
– Но как же рапира-то?
Джаред снял очки и протянул их Мэлори. Увидев эту громадину, подглядывающую в щёлочку между пальцами, Мэлори побледнела. Только тускнеющие лучи солнца мешали троллю выбраться на берег…
– Пошли отсюда! – сказала она дрожащим голосом.
– Не-ет! – воскликнул тролль. – Верни-итесь! Хотите, я даже отверну-усь? И до десяти сосчитаю! У вас всё полу-учится! Верни-итесь!
Джаред с Мэлори во весь дух мчались через лес, пока не нашли пятно солнечного света, в котором можно было остановиться. Оба привалились к толстому стволу дуба, пытаясь отдышаться. Мэлори била дрожь. Джаред не знал отчего: то ли оттого, что она промокла, то ли из-за тролля. Он снял толстовку и отдал её сестре.
– Мы их потеряли! – выпалила Мэлори, хватая воздух ртом. – И остались без оружия!
– Ну, по крайней мере, мы знаем, что через реку они перебраться не могли, – сказал Джаред, пытаясь снова надеть очки. – А то бы их непременно сцапал тролль!
– Но шум-то доносился с того берега! – Мэлори пнула ствол так, что кора посыпалась.
И тут Джаред почувствовал, что тянет горелым. Запах был слабый-слабый, но всё же Джаред решил, что пахнет палёным волосом.
– Чувствуешь, чем пахнет? – спросил он.
– Это оттуда! – подхватилась Мэлори.
Они ломились через подлесок, не обращая внимания на царапины, остающиеся на руках от сучьев и колючек. Джаред был способен думать сейчас только о своём брате и об огне.
– Гляди! – Мэлори вдруг остановилась как вкопанная. Она наклонилась и вытащила из травы коричневый ботинок.
– Это Саймона!
– Я знаю, – сказала Мэлори. Она повертела ботинок в руках, но Джаред не увидел в нём ничего полезного – просто грязный ботинок.
– Ты же не думаешь, что его… – Джаред не мог заставить себя сказать это вслух.
– Нет, не думаю!
И Мэлори затолкала ботинок в передний карман толстовки.
Джаред кивнул: ему тоже хотелось в это верить.
Чуть подальше деревья начали редеть. Ребята увидели перед собой шоссе. Чёрная асфальтовая лента уходила за горизонт. А за шоссе садилось ало-оранжевое солнце.
И чуть поодаль, на дорожной насыпи, расположилась у костра компания гоблинов.
Джаред с Мэлори, прячась за стволами, стали осторожно пробираться к гоблинскому биваку. Земля здесь была усеяна битым стеклом и обглоданными костями. На деревьях тут и там висели клетки, сплетённые из терновых ветвей, полиэтиленовых пакетов и всякого мусора. Пониже болтались расплющенные банки от газировки, которые позванивали на ветру, будто зловещие ветряные колокольчики.
У костра сидели десять гоблинов. Над костром вращалось нанизанное на палку обугленное тельце животного, сильно смахивающего на кошку. Время от времени кто-нибудь из гоблинов подавался поближе, чтобы лизнуть обугленное мясо, и гоблин, вращавший вертел, злобно рявкал на него. Тогда все гоблины разражались лаем.
Несколько гоблинов затянули песню. Джаред вслушался в слова – и его передёрнуло.
