— С нетерпением жду твоих рассказов об этом. — Красс улыбнулся. — Не говорите потом, что я вас не предупреждал.
Коссиний хохотнул.
«Самоуверенный дурак, — подумал Красс. — Лучше надейся на то, что Спартака зарубят твои люди, — у тебя против него нет ни единого шанса».
Карбон радовался тому, что они не наткнулись на патруль мятежников до того, как добрались до Везувия и зашагали по полям на нижних склонах, где пшеница уже была сжата. Когда они наконец повстречали отряд из десяти человек, Карбона узнали. Старший патруля поверил Карбону на слово, что Навион — еще один раб, пожелавший присоединиться к Спартаку, и они продолжили подниматься наверх, к кратеру.
— Теперь понимаешь, почему я заставил тебя снять пояс?
— Иначе они поняли бы, что я солдат.
— Именно. И ты уже стал бы кормом вон для них. — Карбон указал на кружащую над их головой пару стервятников.
— Согласен. Глупо бы получилось, если бы меня убили прежде, чем мне хотя бы представилась возможность изложить свое дело, — признал Навион. Прищурившись, он посмотрел на высящийся над ними пик. — Хорошее место для лагеря. Трудно добраться. Легко защищать.
— Но мы не сможем оставаться здесь вечно. Следующий римский командир уже не купится на тот трюк, на который мы поймали Глабра. Он просто возьмет нас измором.
— А куда Спартак собирается двигаться дальше?
— На юг, я бы сказал. Прочь от Рима.
— Разумно. Он не упоминал Сицилию?
— Что, из-за восстания тамошних рабов?
Карбон прежде не думал про Сицилию, но у него ведь и военного опыта не имелось.
— Да. Я бы сказал, что два крупных восстания за тридцать лет — отличная почва для пополнения рядов армии Спартака, разве не так?
Карбон покраснел:
— Но где нам взять корабли, чтобы перевезти тысячи людей?
— В этих водах ходят киликийские пираты. Я уверен, что некоторые их капитаны готовы выслушать достойные предложения.
— Пираты родную мать в бордель продадут, если предложить им хорошую цену.
— Нищим выбирать не приходится. Вряд ли найдется так уж много других кандидатов, желающих перевезти армию рабов.
Карбон не ответил. Слова Навиона вызвали у него раздражение и в то же время заставляли задуматься. Они уже были рядом с кратером, и он занервничал. «Прекрати! Навион — настоящая находка для любого вождя!»
Они нашли Спартака обучающим большую группу рабов. Он разбил их на пары, вооружил щитами и мечами и велел драться друг с другом, а сам ходил между ними, сыпля вперемешку приказами и замечаниями. Неподалеку в тени дерева разлеглись Атей и Таксакис. Они уставились на Навиона с неприкрытым подозрением. Когда Карбон заметил это, у него по спине поползли мурашки. Он остановился.
Навион обеспокоенно взглянул на него.
Карбон собрался с духом:
— Спартак!
Спартак обернулся. Его взгляд скользнул по Навиону, потом вернулся к Карбону.
— Вот и ты. — Спартак дал указания какому-то темнокожему рабу, как правильно держать щит, и вышел с тренировочной площадки. Скифы последовали за ним, словно тени. — Какие новости? — спросил Спартак.
— В Неаполе ничего не слышно о войсках.
— Пожалуй, этого следовало ожидать. Вероятно, они не видят необходимости наступать с разных сторон. — Спартак заметил удивление Карбона. — Ты не первый, кто вернулся. Авентиан пришел вчера ночью. По-видимому, Рим послал против нас значительные силы. Два претора, легат и шесть тысяч легионеров. За главного претор Публий Вариний. Он будут здесь меньше чем через неделю.
— Дерьмо! — Выходит, и от Навиона толку теперь нет.
— Можно сказать и так. — Спартак улыбнулся, но глаза его были словно куски кремня. Он кивнул на Навиона. — Ты подобрал его по дороге?
— Я подумал, что он может быть нам полезен.
— Конечно, он будет полезен. Нам пригодится каждый меч, даже если человек, который его держит, больше привык к мотыге или лопате. — Спартак остановил взгляд на стрижке Навиона, и беспокойство Карбона возросло десятикратно. — Ты умеешь обращаться с гладием? — спросил Спартак.
— Очень хорошо, — флегматично отозвался Навион.
— В самом деле? — Спартак бросил взгляд на скифов.
Не сказав ни слова, Атей с Таксакисом встали у него по бокам. Спартак снова посмотрел на Карбона:
— Не хочешь объясниться?
Карбону в голову не пришло ничего, кроме правды.
— Он — римский солдат.
Юноша не успел ничего больше сказать, как Атей с Таксакисом одновременно прыгнули вперед, выхватывая мечи. Мгновение спустя два клинка уперлись в его шею. Навион оказался достаточно осторожен, чтобы не шевелиться, но взгляд его метнулся к Карбону.
— Расскажи мою историю!
Скифы посмотрели на Спартака.
— Убить его? — с надеждой спросил Атей.
— Погоди немного, — велел Спартак; никогда еще Карбон не видел его в такой ярости. — Карбон, ты отправишься в Гадес вместе с ним, если не сумеешь меня переубедить. Мне не нравится, когда по моему лагерю разгуливают римские солдаты, особенно если их пригласил один из моих же людей.
— Все не так, как ты подумал! — отчаянно выпалил Карбон. — Навион не друг сенату! Он много лет воевал с Римом. Он сражался за Сертория.
— Сертория?
— Ты слышал про Мария?
— Конечно.
— Серторий был одним из его людей.
Крылья носа Спартака побелели от гнева.
