Десятки копий и дротиков, были брошены «римлянами» в ответ, и часть довольно таки удачно «выкосила» нападавших «персов» … в воде уже плавали окровавленные трупы и молящие о пощаде раненые… вот кто-то запустил из ручной пращи «огненное» ядро, пропитанное зажигательной смесью, и палуба одного из кораблей запылала… пытаясь загасить пламя Максимиллиан перевернул бочку с водой, но чуть было е поплатился жизнью - от сильного удара биремы о борт корабля, его выбросило за борт, а когда он попытался подняться наверх, то там уже шла настоящая рукопашная схватка…
Сразу же два смуглолицых воина стали атаковать его кривоносыми саблями с обеих сторон… «чудом» уклонившись от удара по шее, гладиатор буквально пополам разрубил одного из них мечем, а второму щитом перебил горло… то тут, то там, раздавались проклятья врагов и восторженные крики его сотоварищей… еще больше было смертельных вскриков и стонов, умирающих… толпа ликовала настолько, что некоторых буквально растоптали насмерть в местах наибольшего скопления народа. Нептун будет «доволен» столь богатой жертвенной «жатвой» …
Снова, запылали корабли на этот раз кто-то из врагов, сумел поджечь паруса… в дыму и огне воины сражались весьма достойно, хотя их и становилось с каждым часом все меньше и меньше… все тело Максимиллиана было залито кровью… пока что чужой… «персы» лезли со всех "щелей" словно «тараканы» … он рубил вражьи головы налево и направо, а им казалось не было конца… когда снова сломался меч и треснул щит, он стал колоть врага «трофейным» копьем… потом рубить тяжелой секирой…еще дважды от напора противника, он оказывался в воде и снова забирался на трирему… так до самого утра… все вокруг было залито кровью и усыпано телами как врагов, так и друзей… на его корабле в живых осталось не больше десятка воинов и это из целой сотни невольников…
Руки, были словно из свинца, а тело переставало «слушаться» …мужчина с удивлением заметил, что уже наступила ночь… вокруг все также слышалось «пыхтение» воинов, дерущихся за свою жизнь… гарь от тлеющих парусов и древесины, больно «щекотала» ноздри…по всей арене зажглись яркие факелы… «враг» то отступал на свои маленькие биремы, то снова норовил «протаранить их сбоку и потопить… воды «озера» были красными от крови… рядом с ним, лежал со стрелой в глазу, его единственный верный товарищ по школе , Емельян, мощная броня и огромная физическая сила не помогли ему выжить в этом «пекле»… боги примут тебя… друг…чувствую что моя смерть будет следующей… Максимиллиан с трудом дотянулся к кожаному мешку с водой и почти наполовину его опорожнил… наступило временное затишье… надолго ли… он снова вспомнил свою жену Лукрецию и сестру Крискентию…сумеет ли он выжить, и вырваться из арены чтобы их спасти…? Наступил рассвет… очередная атака малочисленных «персов» закончилась для них так же «плачевно» как и все предыдущие… «римляне» отразили натиск…
Девушки с огромным удовольствием плескались в городской бане, хотя стоимость омовений была не маленькой, но это того стоило… ведь им нужно было смыть всю ту грязь и мерзость, которая у них накопилась… уж если не из головы, то хотя бы из тела. Вокруг них плескались «благородные» дамы из богатых семей, некоторые даже казались Крискентии весьма знакомыми, но сейчас ей было не до «любезностей». Главная задача, которая стояла у беглянок – под видом состоятельных господ, проникнуть в школу гладиаторов и выкупить любимого человека из рабства… лишь бы он только оказался жив…
-О боги! Хорошо то как, подруга! - радостно воскликнула Лукреция и пригнула с бортика в бассейн, потом она подплыла к Крискентии и положила ей голову на колени.
-Знаешь, я только сейчас понял, как от всего этого устала… от постоянного страха… от унижений и издевательств… от похотливых мужчин… и невозможности за себя отвечать… глядя на тебя… мне кажется, что ближе и роднее никого нет и, наверное, никого не будет… она стащила за ноги, девушку в воду и страстно поцеловала в губы, а та ей ответила взаимностью…
Девушек можно было понять - все римские женщины были несамостоятельными и находились под постоянной опекой отца или мужа… исключения были лишь для дев-весталок, которые римляне, к уважению у них жреческого сану, освобождали от опеки. В те «смутные» времена отцы имели полное право «продать» свою дочь в замужество, мужья могли «приобретать» жен разбоем или «покупкой», то есть распоряжаться их телами словно бытовым имуществом…
Прелюбодеяние женщин расценивалось как преступление против собственности мужа, хотя они сами допускали возможность в знак дружбы или гостеприимства, например, уступить свою жену другим мужчинам… Женщин обвинявшийся в нарушении целомудрия, по старой традиции, могли судить члены семей, вплоть до безнаказанной смерти... Главной «задачей» жены являлось посвящение своей жизни поддержке мужа и заботе о нем и своих детях… они не имели прав не только выбирать себе супруга, но и разводится по собственной воле… про остальные права и свободы, можно было лишь помечтать…
