— Нет, нет, — она вздрагивает, словно ранена моими словами. — И я собираюсь показать тебе, каково это, не будучи под кайфом, — говорит она, протягивая руку, будто хочет, чтобы я ее взял.
— Ты же знаешь, что я сейчас под кайфом? — ненавижу это говорить, но это правда, и я не люблю ей врать.
— Я знаю, но может быть ты попытаешься больше ничего не делать, пока мы вместе, — вижу волнение в ее глазах и страх быть отвергнутой. Я представляю, как она плачет в машине, и как я не хочу быть причиной этого снова, поэтому беру ее за руку.
— Сделаю все возможное, но ничего не могу тебе обещать, — говорю ей прямо, пытаясь не причинить ей боль, но она должна быть готова ко всему. Несмотря на то, что я меняюсь, я не собираюсь сдаваться. Просто немного приспускаю завесу, пока она рядом со мной. Если бы я был трезвый, вероятно, я не смог бы находиться рядом с ней, потому что воспоминания о Лекси выкачали бы весь воздух из меня, а не его часть. Я должен хоть на миг почувствовать, каково это жить, дышать, позволить сердцу биться ровно. Отпустить Лекси и продолжать жить.
Она кивает, и я позволяю ей вести меня к машине. Наши пальцы разъединяются только, когда мы садимся в машину, и я достаточно трезв, чтобы почувствовать потерю этой связи, а также ту боль, когда я понимаю, что хочу вернуть эту связь обратно. Нова сразу же запускает двигатель и включает кондиционер.
— Знаешь, я уверена, что показатель количества людей, которые попадают в больницу из-за жары здесь чертовски высок. — Она вытирает пот со лба тыльной стороной ладони. — Я чувствую, как таю.
— Ну, ты выглядишь довольно аппетитно, — делаю паузу, когда она выглядит немного смущенной, и я тоже чувствую неловкость. Может, я не так трезв, как думал.
— Не уверена, что ты имел в виду, — она тянется к своему iPod на сиденье. — Но воспринимаю это, как комплимент. — Она пролистывает песни, в поисках идеального трека. Я заметил эту ее привычку, и, если отнестись к этому внимательнее, то можно прочувствовать ее настроение, основанное на выборе песни.
Музыка щелкает и у меня падает взгляд на экран, когда она кладет iPod вниз, потому что я не знаком с песней.
— «OneLine» от PJ Harvey.
— Никогда не слышал о ней, — клянусь Богом, Нова пытается этим намекнуть про наш поцелуй на парковке.
— Это потому что тебе медведь на ухо наступил, — она дразнит, дотягиваясь до солнцезащитных очков на приборной панели и одевая их. Удивляюсь, как у нее это получается. Сидеть здесь со мной и притворяться, что все в порядке. Я думаю о том, что она сказала мне в машине о своем парне, как она хочет спасти меня и не спасла его. Может быть, поэтому.
— Ничего подобного, — возражаю ей, застегивая ремень безопасности, когда она жмет на газ и трогается. — Я просто не такой крутой, как ты. — И сейчас я флиртую. Супер. Это будет очень интересный день, по которому, я уверен, буду страдать позже, когда осознание пройдет через меня.
Она слегка улыбается, выруливая на дорогу.
— Знаешь, я получаю еще большее удовольствие от своей собственной музыки, — говорит она, маневрируя в правую полосу и направляясь в сторону города. — Я даже начала придумывать некоторые биты.
— Это действительно круто, — барабаню пальцами по двери в такт песни, чтобы направить свою энергию в правильное русло.
— И еще я играла на сцене несколько раз.
— Правда? — я вспоминаю то время, когда мы стояли в толпе на концерте, и я растворялся в ней и в ее вдохновении от музыки.
Она кивает, выглядя немного гордой.
— Да. Правда, поначалу было тяжело, учитывая, что Лэндон купил мне мой первый набор барабанов. Но я играла через боль, и новые воспоминания вернули мне любовь к игре. — Она ухмыляется, пряча взгляд. — И теперь я словно кремень.
— Не сомневаюсь.
— Знаешь, я все еще должна тебе шоу.
Мои брови ползут вверх.
— Шоу? — Слишком много грязных картинок рождается в моей голове, и я чувствую прилив адреналина.
— Да, я обещала сыграть для тебя как-нибудь, — говорит она, нажимая на тормоз, чтобы остановиться на светофоре. — И еще не сделала этого.
— Однажды, может быть, — говорю, но мне интересно, насколько далеко в будущее можно загадывать, как долго она будет терпеть меня в таком состоянии. Несмотря на то, что я сижу здесь с ней, у меня нет плана, как изменить свою жизнь.
— Как насчет сегодня? — предлагает она, начиная движение на зеленый свет.
— Ты хочешь сыграть для меня на барабанах сегодня? — спрашиваю, озираясь по сторонам улиц на тату-салоны, сувенирные и секонд-хенд магазины, которые плавно переходят в казино, по мере того, как мы приближаемся к центру города.
Она кивает, включая поворотник, чтобы перестроиться.
— Да, если хочешь, — она перемещается на соседнюю полосу. — Я спрятала барабаны в месте, где живу.
Придумываю оправдание.
— Я не думаю, что кто-то будет в восторге от торчка, зависающего в их доме.
— Хозяин приходит домой после шести, — заявляет она, заворачивая на парковку.
— А что насчет твоей подруги Леа?
— Что с ней?
— Она не разозлится на то, что ты привела меня? — спрашиваю, отстегивая ремень безопасности, когда она занимает пустое парковочное место.
