Спасая Куинтона полностью

— Тебе, похоже, страшно, — говорит она сдавленным голосом, ее ноги дрожат, и она опирается рукой на дверь.

Качая головой, пытаюсь пройти мимо, не желая ввязываться в разговор, но она тут же бросается ко мне и обнимает меня сильной хваткой.

— О, Нова, это так паршиво, — она начинает рыдать, и я понятия не имею, что делать, и хочу ли я вообще что-то делать.

Неуклюже похлопываю ее по спине.

— Что паршиво? — спрашиваю у нее. — Делайла, что случилось?

— Все, — она плачет, ее плечи вздрагивают при каждом всхлипе, сжимая меня. — Все совсем хреново.

— Почему? Что случилось? — прошу, мои мышцы скованны в ее объятиях.

Она качает головой и прижимает меня к себе еще сильнее, так, что мне кажется, я задыхаюсь.

— Мы все облажались.

Страх течет по моим венам.

— Кто облажался?

— Я… — она фыркает. — Тристан… Куинтон. Все.

Я не уверена, в каком состоянии она находится, поэтому тщательно подбираю слова, хотя все, что я хочу сделать, накричать на нее, чтобы выбить из нее, что случилось.

— Делайла, что именно произошло… где Куинтон и Тристан? Разве… Трейс что-то сделал с ними?

— Кто знает, — говорит она, пожимая плечами, все еще уткнувшись в мою рубашку. — Он мог бы убить их за все, что я знаю… я не видела их со вчерашнего дня, когда все полетело к чертям… когда я… — она смотрит на свои руки и ноги, покрытые синяками. Она моргает и смотрит на меня, ее истерика понемногу утихает. — Либо шатаются где-то по улице, либо лежат мертвые в канаве, — она говорит об этом практически без сострадания, и меня это бесит.

Я отшатнулась от нее.

— Ты врешь.

— Можешь мне не верить, но это так, — она обхватывает себя руками и падает на пол на колени. Я понятия не имею, что с ней, что-то случилось или она просто под чем-то. И как бы я не хотела помочь ей, мне нужно найти Куинтона.

Опускаюсь на корточки перед ней.

— Делайла, когда Куинтон уходил отсюда, с ним все было в порядке?

Она качает головой.

— Нет, они его избили.

Затем она сжимается в комок, ее слезы прекращаются, но печаль не сходит с лица.

Закрываю глаза, считая каждый вдох и выдох, вбирая воздух и выпуская его из своих легких. Что это значит? Что он избит, но все еще жив.

— Ты не знаешь, куда он пошел? — спрашиваю, чувствуя себя в совершенно безнадежный ситуации. Словно я утонула, и сижу на дне озера, еще дыша, но пути обратно на поверхность у меня нет.

— Нет. — Она поджимает колени к груди, опускаясь на пол, покрытый острыми кусками стекла, но ее это не заботит. — Просто уйди. Пожалуйста. Прежде чем Дилан проснется и выместит свой гнев по отношению к Куинтону на тебе.

Часть меня хочет надавить на нее для получения более подробной информации, а другая хочет убраться из этого дома и найти Куинтона.

— Ты должна пойти со мной, Делайла. Беги из этого дома.

— Не могла бы ты просто свалить нахрен отсюда! — неистово кричит Делайла. — Я буду в порядке, — она бормочет последние слова, как будто пытается убедить себя.

Я не уверена, что это правильно — оставлять ее в таком состоянии. Правильно или нет. Кому помочь? Кажется, между ними очень тонкая грань в данный момент. Когда Делайла закрывает глаза, глядя, как она засыпает, я встаю и выхожу из квартиры, но мое тело и ум отзываются болью с каждым шагом.

Когда я выхожу наружу, Леа нигде нет. Взглянув на машину, я нахожу ее, сидящую внутри, неотрывно смотрящую на балкон, где Берни кричит через перила что-то о том, что Иисус спасет всех. Видимо, он выжил из ума, и Леа испугалась. Я бы тоже на ее месте, но Куинтон занимает все мои мысли. Мои мысли мчатся со скоростью тысячи миль в минуту, пока я бегу к лестнице, толкая Берни, возникающего у меня на пути и схватившего меня за руку. Он отшатывается в сторону, едва не переваливаясь через перила, и начинает кричать, что меня никто не спасет.

Ускоряю темп, добравшись до лестницы. Мои мысли ускоряются, и я начинаю считать шаги, пересекая автостоянку. Я на полпути к машине, когда меня накрывает. Все это. Тот факт, что я, возможно, никогда больше не увижу Куинтона и так и не узнаю, жив ли он. Этот момент, когда я покидаю эту квартиру — это конец. Я сдалась. Все кончено и придется смириться, что я больше никогда не увижу Куинтона. Что я буду снова жить с этим чувством потери. Чувством, что я не справилась.

Все, что я хочу сейчас, это считать и не слышать мысли. Я хочу, чтобы они к черту заткнулись.

Два больших вдоха.

Пять ударов сердца.

Слишком много камней на земле.

Один парень на заднем плане, кричит на всю улицу, чтобы его услышали, но то, что он говорит и делает, никто не хочет слышать или видеть, поэтому все игнорируют его.

Один шаг.

И еще один.

Подальше от этого места.

Делайла, лежащая на полу, сломанная и избитая.

Куинтон и Тристан, лежащие мертвыми в канаве.

Ушли.