— Слишком много говоришь, моя хорошая, — блондин достал из кармана рубашки платок, скомкал его и затолкал в рот удивлённой и ещё больше испугавшейся ведьмы. — У тебя, несомненно, милый ротик, но он совершенно не умеет подбирать слова.
Девушка замычала и смешно нахмурила бровки, вызывая всплеск желания и умиления, но никак не страх в нём. Майкл не подходил к ней спереди, оставаясь за спиной. Корделия замолчала, обратившись в слух, и уловила шаги, отдаляющиеся от неё.
— Малышка, неужели ты забыла, что я обещал наказать тебя? — этот приторный тон неимоверно раздражал, а то, в каком унизительном положении она находилась, заставило покраснеть и злобно выдохнуть. Да кем этот мерзавец себя возомнил? Чёртов извращенец. Делии эти игры ой как не нравились. В первую очередь потому, что у неё их не было до этого и потому, что она попросту не знала, стоит ли доверять Лэнгдону себя в такой ситуации, точно ли он знает, что делает. — Ну так вот, карамелька, ты очень огорчила меня свои недавним поступком и своим поведением в целом. Но так как человеческого языка ты не понимаешь, будем объяснять на другом.
Она не видела, что он делает, и была вся напряжена, как струна. Вдруг по к её бедру щекотно прикоснулось что-то прохладное. Девушка опустила глаза. Плётка. Корделия протестующе замычала, но кончик плётки лишь поднимался вверх по бедру, оглаживая внутреннюю поверхность.
— Э.н. он, — она с трудом попыталась яростно выговорить его фамилию, чем вызвала только лёгкий смешок.
— Прости, крошка, я совсем не понимаю, что ты там бормочешь, — Майкл горячо выдохнул ей в шею, и она всё-таки ощутила предательскую дрожь в теле. Что-то в этом было. Его горький аромат и сильные руки, что бессовестно мяли грудь, нырнув под лифчик, заставляли хотеть поддаться, особенно когда мужчина сильно сжал соски между пальцами, всё также стоя сзади, прокручивая их. По телу прошлась резкая боль и переросла в тёплую волну, от которой внизу живота всё начало стягивать. Но лицо по-прежнему выражало недовольство. Майкл вновь взял в руки плётку, принимаясь водить ею по бёдрам и животу, а потом провёл вдоль позвоночника, видя, как его девочка неосознанно выгнулась и вдохнула. — Нравится? — цепи звякнули, намекая на негативный ответ. — Что ж, это всё-таки наказание, — Антихрист, не особо беспокоясь, испугает её или нет, намотал на кулак её чудесные пышные волосы и резко потянул на себя, зашептав, — Знаешь, ты слишком много на себя берёшь, родная, и я буду жёстко трахать тебя хоть каждый день, пока ты не поймёшь, что я достаточно силён, чтобы защитить нас и не прекратишь свои попытки покалечиться. И не ворочай голову, милая, мы оба знаем, что несмотря на твою показную скромность, ты большая извращенка. — Майкл ещё немного поигрался плёткой с её нервными окончаниями на пояснице и бёдрах, а потом Делия, уже не пугающаяся, но и не расслабившаяся полностью, почувствовала, что всё стихло. Антихрист не переставал восхищаться её хрупким упругим телом и нежной персиковой кожей. Эти красные трусики из пары ниточек делали её внешний вид ещё более развратным. Всё-таки, у неё чертовски сочная задница. Майкл приблизился вплотную, сминая её ягодицы в руках, параллельно целуя шею и лопатки, а потом, окончательно задобрив ведьму, звонко шлёпнул, оставляя красный след. Девушка вздохнула и потянула цепь, но Майкл не обратил на этого никакого внимания, — Это за ту херню, что ты натворила на том аванпосте, — он повторил действие, — это за сволочь, — ударил по второй ягодице, с оттяжкой, вкладывая в удар большую силу. Корделия стыдливо поморщилась, сдерживая стон. Было ужасно стыдно от того, что она невероятно возбудилась. Его пошлые шлепки отдавались приятными вибрациями в животе и ниже, боль граничила с острым удовольствием. Майкл желал стереть наконец, все рамки в её голове и, кажется, у него получалось. — Это за гада. Это за твоё упрямство, это за непослушание, а это, — самый сильный шлепок, который, к его счастью, вырвал из неё несдержанный стон, — за просто так.
Она возмущённо вдохнула, но в прочем, продолжила выгибаться, позволяя насладиться раскрасневшейся задницей. Чёрт, как же стыдно. Почему она хочет, чтобы он наказал её, как последнюю шлюшку? Майк обошёл ведьму и встал рядом, к ней лицом. Сегодня на нём была свободная белая рубашка с закатанными рукавами и расстёгнутыми верхними пуговицами, открывающими вид на молодое рельефное тело. Чёрные штаны обтягивали внушительных размеров выпуклость внизу, а золотистые кудри были собраны в аккуратный низкий пучок, выделяя широкие скулы. И почему она раньше не замечала, насколько он красив. Нет, безусловно, внешность Майкла Корделию полностью устраивала, но она будто не видела, что он выделяется на фоне остальных. Будто с обложки. Дьявольски горяч и не менее силён. Его грубые руки непременно хотело почувствовать где угодно на своём теле.
Верховная повернула голову в бок, не желая демонстрировать ему истинные эмоции, но он снисходительно улыбнулся и шагнул ближе, больно хватая пальцами подбородок и разворачивая вновь к себе.
