Демон вернулся в свои покои. По сути, в его части Ада все локации считались его покоями, не считая пары затаённых комнат, принадлежащих не ему. Но мужчина перенёс Делию в любимую комнату. Огромное помещение, в которое можно было бы спокойно поместить человек двадцать. Комната была не столько длинной, сколько широкой. Стены, что даже для самого Астарота было слишком, были обклеены однотонными виниловыми обоями глубокого чёрного цвета. На стенах красовались портреты известных людей, чёрно-белые. Каждая стена удерживала на себе три портрета. Пол был выстелен мягким ворсистым бордовым ковром, который спросонья можно было перепутать с рекой крови. У самой дальней стены расположился высокий длинный овальный стол, сделанный из дуба, выкрашенный в ивово-коричневый оттенок. На нём была аккуратно сложенная стопка книг, рядом с которыми так же покоились бумажные листы. Слева от книг стояла чернильница с белым пером, а над всем этим великолепием, на стене висел крупный светлый подсвечник с ярко-горящей свечой. Таких в помещении было штук пятнадцать, хотя ему всегда хватало трёх, но вряд ли этим ограничиться солнцелюбивая Корделия. Верховная сейчас беспокойным сном спала на огромной, чёрно-красной кровати с балдахином. Постель была довольно высокой, от чего свалиться с неё было бы больно. Неподалёку от, как он надеялся, их будущего совместного ложе, справа, виднелась дверь в ванную комнату. Демон позаботился обо всех удобствах. Астарот любил роскошь, возможно, его комната могла показаться уж слишком вычурной и безвкусной, но его всё устраивало. И маленькая мисс, лежащая на шёлковых простынях, ещё больше тешила его вкус. Она идеально вписывалась в интерьер. Значило ли это, что он думает о ней, как о предмете мебели? Красноглазый ухмыльнулся своей мысли, но признал: не значило, к сожалению.
Демон выглядел уставшим и побитым: Майкл не упустил возможность ввязаться в драку за ведьму и махал кулаками, как в последний раз, да ещё и с применением таких заклинаний, о которых, вероятно, сам в спокойном состоянии не знал. К тому же, они и Миртл объединяли магию, чтобы провернуть восстановление Земли, не отматывая при этом время назад. В итоге, ведьмы и призраки помнили всё: как всё началось и чем закончилось. То есть академия мисс Робишо, Хоторон, отель «Кортез» и дом-убийца знали, что произошло, обычные же люди просто продолжили свою жизнь с того момента, на котором остановились. Такой фокус заставил Астарота визуально похудеть килограмм на пять, кашлять и не чувствовать в себе сил. Миртл была без сознания, когда полуживой Лэнгдон уносил её в портал, но дело было сделано. Теперь он чист перед Верховной.
Брюнет сел за стол и опустил подбородок на руки, уставившись на Корделию. Его не было около пяти часов, и всё это время она спала. Мужчина немного поморщился, понимая, что она вся грязная, да к тому же расцелованная Антихристом, но будить её не стал, залюбовавшись её сдвинутыми в напряжении бровками. Он был уверен, что с ней будет интересно, в первую очередь потому, что ему предстоит понять: Делия всего лишь игрушка или же это любовь. Последнее с ним не случалось лет двести, но он чувствовал паршивенькое шевеление в теле, чёртовых бабочек в животе, смотря на неё. Хотя в его случае это скорее была моль, нежели прекрасные создания.
Демон почти уснул, но вдруг услышал копошение. Он быстренько погасил свечи в своей части комнаты и принялся наблюдать. Ведьмочка резко села на кровати и начала испуганно озираться по сторонам. Она несколько минут не могла прийти в себя и понять, где находиться, но как только до неё дошло, она со вздохом подогнула под себя колени и уткнулась в них головой, комкая в руках одеяло. Корделия не плакала, найдя альтернативу в том, чтобы шёпотом из раза в раз повторят в себе: «Всё будет хорошо». К сожалению, Верховная быстро поняла, что на этот раз не будет. Она в преисподней и, скорее всего, Астарот заставит её быть ему рабом. Блондинка твёрдо решила, что несмотря на то, что будет вынуждена поклоняться в какой-то степени и прислуживать, она чётко выстроит границы, по крайней мере, между ним и её собственным телом. Но всё ли так гладко получится? Астарот хоть и спокойнее того же Майкла, но куда яростнее, если выходит из себя. Бог знает, чем это может обернуться.
— Одуванчик, ты уже проснулась? — она услышала голос вдалеке комнаты, но там было темно, и разглядеть говорящего не представлялось возможным. Да этого и не требовалось.
— Где ты? — Делия попыталась звучать как можно безразличнее. Свечи зажглись, и она заметила изрядно потрёпанного Астарота.
