— Ближе к делу, Астарот, — она была совершенно спокойна. Настолько вымоталась, что хотела лишь выцыганить у демона восстановления мира, сохранности ведьм и живого Майкла. А что будет с ней — плевать.
— Какая ты нетерпеливая. В общем, дорогая. Я могу отпустить Миртл, тебя, воскресить всех, кто умер по вине Апокалипсиса. Но Майкл умрёт. Сам. Ну или вернётся к папочке в клетку. Либо я отпускаю его, Миртл и далее по списку, но со мной остаёшься ты.
— Отпускай её, — Лэнгдон предполагал, что именно это будет предложено и вполне был готов.
— Я согласна.
Всё решилось внезапно и с тоской для меня, но зажгутся новые звёзды. Ну а вы, дорогие, живите любя, не давая надежде замёрзнуть.
— Ну вот и отлично, котёнок. Я в тебе не сомневался, — промурлыкал Астарот, шагнув навстречу к троице. Разумеется, она не могла не согласиться, влюбилась по уши в этого ублюдка Лэнгдона.
— Корделия, — тётушка смотрела на воспитанницу сквозь пелену горьких слёз, протягивая руку в воздухе. Будто Верховная уже и вовсе была не с ними. Голос рыжеволосой был тихим и отчаянным, без капли порицания и крика, потому что она понимала: Делия сделала свой выбор, ничто не заставит её передумать и позволить Майклу умереть. Это так больно. Та, которая больше всех заслужила место под солнцем, остаётся в этой тюрьме.
— Она не согласна! — резко вмешался Майкл, вырастая рядом с ведьмой, закрывая их обоих своими могучими крыльями. Пусть их слышат, но все взгляды останутся между ними. — Ты опять, Делия?! Опять жертвуешь собой, даже не спросив, какого будет мне без тебя?! — горечь обиды отражалась в его глазах. Блондинка смотрела на них с грустной улыбкой. Такие голубые сейчас. Без намёка на потемнение и помутнение. Чистые, как сами небеса в ясный летний день, прозрачные, добрые. Глаза мальчишки, что так хотел быть понятым и любимым, спасённым. И она обязательно спасёт и продолжит любить.
— Майкл, — Делия тяжело вздохнула и изо всех сил обняла его, уткнувшись носом в горячую шею, чувствуя, как быстро и исступлённо бьётся его сердце. — Выслушай, пожалуйста. Ты тот, кто научил меня любить вновь, кто показал, что значит быть любимой и чувствовать себя нужной. Ты научил меня прислушиваться к своим чувствам, и я невероятно благодарна тебе за это.
Майкл слушал, и из его глаз медленно катились слёзы. Он понимал, что Корделия прощается. Может, просто выкинуть её в портал и убить себя? Тогда всё будет хорошо.
— Я не хочу, чтобы вечно мучилась в лапах этой мрази, — парень сжал её в руках и прислонился губами к её лбу. — Я не хочу существовать без тебя.
— А я хочу, чтобы у тебя был второй шанс, Майкл, — девушка отстранилась и заглянула в его глаза. Её ручки осели на его щеках. — Я не смогу жить, зная, что тебя нет. Мучиться в попытках уснуть без тебя. А так я буду спокойна, если останусь тут. Буду уверена, что всё это было не просто так. Ты не жил для себя, милый, не был свободен по-настоящему. Ради меня, Майкл, начни с чистого листа, — ведьма улыбалась мысли о том, что смогла спасти этого мальчика, что помогла стать мужчиной и чертовски хотела подарить ему надежду. Она прожила какую-никакую жизнь, её время вышло.
— Делия, — он сильнее окутал её своими крыльями и не сдержал всхлипа, прислоняясь к её груди. — Моя мисс Верховная… Родная… Я так хотел, чтобы ты сменила фамилию на мою, — блондин поцеловал ведьму в щёчку, порозовевшую от таких слов, — хотел увезти тебя ото всех, показать тебе, каким могу быть. Не уходи, ангел мой, не оставляй меня, прошу.
Так легко просто взять и перерезать к чертям эту ёбаную метку на черепе. Пусть бы она переживала, истерила, но он был бы уверен, что его малышка жива. Но Майкл точно знал, видел по её глазам, что она не справится с этим, настолько сильно любит его. Он ведь никогда такой любви не заслуживал.
Корделия терпко, чувственно поцеловала его, силясь запомнить эти пухлые губы. Несколько минут они целовались, хватаясь друг за друга, не желая отпускать. Запахи, слёзы, эмоции — всё смешивалось, а души переплетались.
— Я клянусь любить вечно, родной. Прошу тебя, живи и наслаждайся жизнью. Прости, — выдохнула Делия, выбираясь из его объятий.
— Корделия, — севшим голосом прошептал Антихрист, смотря, как её пальцы медленно ускользают из его рук. Будто во сне он наблюдал, как её фигура отдаляется и приближается к Миртл. Он не мог пошевелиться, понимал, что на нём заклинание Астарота. Может, так даже и лучше, иначе парень просто бы решил всё за неё, как она сама любила это делать.
Делия стремительно подошла к тётушке и нежно взяла её за руки.
— Ты уверена, лепесточек? — рыжеволосая с сочувствием и отчаянием посмотрела в глаза подопечной.
— Больше, чем когда либо. Я люблю его, он действительно заставил меня чувствовать себя счастливой.
