Ходьба по тёмным коридорам не обещала затянуться, ведь они уже были знакомы ей. Корделия примерно помнила, что дальше располагаются камеры пыток. Но зачем им туда?
— Воу, шлюшка, не ожидала тебя здесь увидеть! — Делия услышала совершенно тошнотворный писклявый выкрик Аграт впереди, после чего, собственно, увидела саму демоницу. Верховная кинула быстрый взгляд на красноглазого.
— Будь так добра, Аграт, следи за языком. Корделия тут не в качестве гостя. И зачем ты пришла в мои владения? — брюнет вышел вперёд, закрывая блондинку собой. Девушка лишь усмехнулась: «Всё-таки собственник».
— Я учуяла её энергию, когда гуляла неподалёку. И что значит не в качестве гостя? — она удивлённо выгнула бровь и попыталась заглянуть через плечо мужчины.
— Ну, — демон забавно прошёлся пятернёй по волосам. — Я слегка обманул Сатану и выменял у Лэнгдона Корделию.
— Ну про грандиозный обман я слышала уже: «папочка» пытался заставить меня устроить у тебя переполох, но потом вспомнил, что сил у тебя побольше будет. Эй, стерва, так ты теперь подстилка этого недоманипулятора? — казалось, слова собрата о языке прошли мимо неё. Аграт никогда не отличалась тактичностью, уважением к кому-то и так далее. В ней, в принципе, ничего человеческого не было, но вот грубой силы она боялась. Поэтому, когда Астарот обернул её же змей вокруг её широкой шеи, шикнула и отскочила.
— Я попросил тебя следить за языком, Аграт, — уже более настойчиво и громко выпалил демон. — Ты на моей территории, не устраивай бои и не провоцируй меня.
— Да брось, разве она не очередная шлюха, которую ты убьёшь после первого же секса? Хотя нет, она же сама скоро умрёт. Может, угостишь её кровушкой напоследок, а то ведь потом в ней не будет сил, ты прекрасно знаешь, что после смерти она будет обычным человеком.
Ведьма напряглась. Обычным человеком? После смерти? Делия была уверена, что умерла в тот момент, когда подписала договор и вырубилась. Но если она жива, то вполне объяснимы спутанность сознания, слабость, бледность.
— Нет, — Астарот переменился в лице, улыбаясь. — Её кровушки я выпью сам, делится не люблю. И она не умрёт. Я выполнил просьбу Сатаны, когда сподвиг Майкла открыть клетку, и у меня было желание.
— Но он же тебя, вроде как, опрокинул. И ты его.
— Да, один-один. А в таком случае, он обязан выполнять. — красноглазый развернулся к Верховной и с задором на неё посмотрел. — Ты бессмертна, малыш.
О, этот шок и неверие на её лице нужно отпечатать в памяти навсегда. На вечность. Их вечность.
— Ты идиот, — заключила демоница за спиной, и он поморщился. И почему, когда у него наконец-то есть время и возможность побыть наедине со своей так долго и горячо желанной Делией, кто-то обязательно начинает мешать?
— Тебе не пора ли?!
— Кто-то не в духе? Корделия, — имя было сказано с таким презрением и нежеланием, будто она чуть язык не сломала, — ты что, не даёшь ему? Смотри, он так и будет ходить злющий. Советую раздвинуть ножки побыстрее, мы не хотим страдать из-за тебя.
— Он неясно выразился? — крикнула девушка. — Тебе пора! — сама от себя не ожидая, Корделия махнула рукой, и бесы, охраняющие его Ад, хлынули толпой на рогатую, быстро спровадив ту в портал. Верховная повернулась и застала его восхищённым и напуганным.
— Ты поаккуратней с такими фокусами, милая. Они обычно только меня слушают.
— Да? И почему же у меня получилось? — разговор она завязывать не собиралась, но невероятно хотелось задеть его самолюбие.
— Потому что я защищал тебя от нападок этой нимфоманки Аграт. Они увидели в ней врага, а в тебе жертву. Оциус тоже так спасёт тебя и безо всякой магии. Тут просто общий порыв был приправлен твоими силами. Не рискуй это повторять, ты можешь их запутать.
— Ясно, — коротко ответила кареглазая. — Что значит бессмертна?
— То и значит. Ты останешься живым человеком, ведьмой, на вечность. Смертельные раны будут заживать на тебе сами по себе, просто очень долго. Обычные — быстро, но в условиях Преисподней — медленнее, чем нужно, потому что я подавляю твои силы. Они и сами будут подавляться. Иногда их у тебя вообще не будет, но это временами.
— А…зачем тебе это?
— Я не знаю, Корделия. Мы пришли.
Она увидела камеру пыток, в которую так боялась зайти в прошлый раз. Самым неприятным, пожалуй, было то, что на этот раз двери в камере не было, и девушка мигом отвернулась, не желая видеть страдания умерших людей.
— Зачем ты привёл меня в это ужасное место? — ведьма глянула на него, прикрывая ладонью боковое зрение. — Неужели тебе недостаточно того, что ты уже сегодня сделал?
Такая грустная, а тон такой отчаянный и плаксивый. Ну разве можно, будучи такой впечатлительной, строить из себя железную леди? Значит, как только он чуть-чуть проминается под неё, она грозная, сильная, защищающаяся. Только подойди — молниями закидает. А стоит показать, кто хозяин положения или заставить прогуляться по местам, где происходят настоящие действия — так сразу хвост поджимает. Всё-таки, сколько бы силы и запала в ней ни было — она обычная слабая девочка, она человек.
