Он уже не мог это терпеть. Разумеется, демон не ждал от неё какого-то послушания и покорных любящих глаз, не в его стиле жить в иллюзиях, но то, как упорно она борется со всеми его попытками быть ближе, било не только по самолюбию, но и по сердцу. Это всё выглядело так, будто он стучится не то, что в закрытую дверь, а в чёртов айсберг толщиной с планету. Последние полгода ведьма не была столь враждебной, казалась дружелюбнее, но одно не менялось никогда — она позволяла себя любить, не больше. Никаких минимальных попыток, хотя бы в целях собственной выгоды, ответить, показать, что она видит его старания. Астарот был умён и давал своей маленькой заразке чувство того, что она здесь главная, называя её миниатюрным тигром, а Делия велась и строила из себя хозяйку, всё грубее раздавая указания слугам, чтобы те буквально ослушивались его приказов и делали то, что нужно ей самой. Сначала ему казалось это чертовски милым и смешным, потому что он понимал, что может щёлкнуть пальцем — и идеальная картинка рассыплется. Но сейчас как никогда хотелось знать, что он делает это всё не зря, что она хотя бы чуть-чуть прониклась их отношениями.
— Сядь, малыш, поговорить надо, — устало сказал демон, скрестив руки на груди.
— Что? Сейчас? Астарот, мне нужно всё здесь убрать, этот бардак и…
— Я сказал, сядь на кровать и поговори со мной! — с нажимом повторил красноглазый, и она цокнула, пройдя к постели. Уже даже не боится его грубого тона. Что же он натворил, что она с ним натворила. Мужчина подумал, что сейчас главное без резких движений, хотя очень хотелось вжать её в койку и высказать, что накипело. И хвала его выдержке и мудрости, он оставался с виду спокойным. Ведьма каким-то шестым чувством уловила недобрые флюиды, но опасности не почувствовала, зато с сожалением поняла, что будет какой-то нежелательный разговор. Мужчина сел напротив неё в паре сантиметров.
— О чём будем говорить? — поинтересовалась блондинка, всматриваясь в напряжённое лицо.
— О тебе, — он чуть улыбнулся, но быстро померк. — Корделия, скажи мне, — демон аккуратно накрыл её руку своей, — я изменился?
— О чём ты? — Верховная опустила взгляд на их руки, подмечая, какая большая и тёплая его ладонь. Ей было неловко.
— Ты попала ко мне полтора года назад. С тех пор моё поведение изменилось? Стало лучше?
— Ну, — ведьма замялась и попыталась разъединить их пальцы, но он не позволил, с надеждой на неё посмотрев. — Да, — выдохнула Делия и отвела взгляд. — Ты…мы стали меньше ссориться.
— Это всё, что ты можешь сказать? — разочарованно уточнил брюнет.
— А что ты хочешь услышать? — ей было проще сделать глупые глазки, чем ввязываться в откровенный диалог, перерастающий в ссору. Возможно, если она скосит под дурочку, он бросит эту затею.
— Не строй из себя дуру, — не получилось соскочить, Астарот быстро просёк её план. — Какой я сейчас для тебя?!
— Да нормальный ты, нормальный, Астарот! — не выдержала девушка и отняла руку, чуть отодвинувшись. — Я вижу, что ты стараешься, если ты об этом.
— Тогда почему ты ведёшь себя так, будто я тебя насилую, избиваю и пытаю? Бегаешь, как от прокажённого, Делия?! Ты ни на миллиметр к себе не подпускаешь, — крикнул демон и встал, расхаживая вдоль кровати и облокачиваясь на дверь в ванную.
— А что, по-твоему, я должна делать? Трахаться с тобой?! — раздражённо выпалила она.
— Да почему сразу трахаться?! Знаешь, сейчас озабоченным как раз выгляжу не я. Корделия, чёрт тебя дери, я разве похож на монстра? Я делаю всё, что в моих силах, чтобы тебе было комфортно. Скажи, для тебя хоть один человек делал столько, сколько делаю я?
— Да что ты такого делаешь, ответь? — она вскочила и всплеснула руками, завелась даже больше, чем он, потому что брюнет всё ещё сохранял относительное спокойствие. — Думаешь, цветами и светлым ковром можно загладить свою вину? Этого мало, Астарот, ты пытаешься меня купить, но я не продаюсь.
