Впервые со времён, когда она была девственницей, ведьма боится боли, хотя где-то внутри понимает, что он сделает всё, чтобы её не было. Будучи тактильной и очень чувствительной, блондинка очень легко возбуждалась, да и в принципе подавалась навстречу любым ласкам. Даже простой массаж приносил куда больше удовольствия, чем мог принести кому-то ещё. Астарот быстро просёк эту фишку, наверное, это ускорило привыкание к нему. Так что ей осталось выкинуть из головы все лишние установки и расслабиться.
Странно, но ощущения, что Верховная кого-то предаёт, не было. Ей было по боку, по крайней мере, сейчас, и она даже не стала задумываться, почему так. Её ждёт мужчина, который доказал, что с ним можно быть кем-то большим, чем просто…друзьями? Кем они вообще были? Явно не рабом и хозяином, но и теми же приятелями их назвать было тяжело. Это с самого начала было похоже на период, где мужчина добивается женщину, заслуживает её внимания. Он стал ей…её…демоном, как бы абсурдно не звучало. И поддержкой в одном флаконе. Вроде бы и развращал, но кто сказал, что ей никогда не хотелось быть развращённой? Астарот, чтобы ни происходило между ними раньше, сделал для ведьмы самое главное — снял с неё ответственность, готовый быть виноватым абсолютно во всём, если понадобится. Девушка закрыла глаза и попыталась представить, что он будет делать.
Астарот сходил в душ в покоях ведьмы, охлаждаясь, чтобы быть сдержанней. Малышка боится его размеров? Его бы это раздосадовало, если бы не так льстило и не было бы так мило. Да, трезвая Корди — тот ещё квест. Красноглазый решил просто изучать её тело, приучить к своим прикосновениям и пальцам. У него было столько женщин, но именно с ней он переживал, потому что хотел максимум удовлетворения для неё. Демон и сам не знал, что заставляет так перед ней робеть и склоняться, но ущемлённым себя не чувствовал. Она была настолько сильно любима им, что дальше просто некуда. Цветы, подарки, внимание, уступки — всего этого хотелось дать больше и больше, даже если ответом будет невинный чмок в щёку. А уж когда ведьма дала понять, что готова к ещё большему контакту, у него едва ли крышу не срывало.
Брюнет красиво расправил постель, обнажая бежевые простыни, вернул давно снятый балдахин с полупрозрачными коричневыми шторами для большего уюта, взбил подушки. Обычные свечи были заменены на ароматические с ненавязчивым запахом ванили, но не терпкие, чтобы у куколки не заболела голова. Свечи он подвесил в воздухе по бокам от их ложа, достаточно далеко, чтобы они придавали комнате уютный полумрак, но не рябили в глазах. На прикроватной тумбе стояло два бокала шампанского, лёгонького, просто для вкуса, с лесными ягодами. Рядом с бокалами стояли несколько разных тюбиков, одним из которых мужчина воспользовался, втирая крем в руки, чтобы они стали мягче и приятнее. Брюнет не стал надевать ничего сверху, оставаясь лишь в чёрных брюках, помня, как умопомрачительно ощущаются её горячие ладошки на груди и спине.
Дверь ванной приоткрылась наполовину, и он увидел, как одетая в пижамку ведьма причёсывается, смотрясь в зеркало. Мужчина тихонько подошёл, посылая ей полуулыбку и становясь позади неё.
— Как настроение? — осторожно поинтересовался красноглазый, аккуратно выхватывая расчёску из её рук и подцепляя пальцем часть её пышной копны.
— Неоднозначное, — отвечает девушка и не отрывается от зеркала, наблюдая за действиями демона. — Ты расстроен?
— Чем, милая? — удивляется мужчина и продолжает перебирать пряди, будто шёлк.
— Тем, что я не могу по-настоящему с тобой…
— Нет. Малыш, мы уже говорили на эту тему, прекрати себя терзать, — немного строго говорит брюнет. — Какие у тебя чудесные волосы, — он откладывает гребень на край раковины и утыкается в шевелюру, вдыхая ароматы цветов и крепко, но трепетно обнимая поперёк туловища и прижимаясь.
— Спасибо, — чуть улыбается ворожея и откидывает голову на его плечо, закрывая глазки. Просто постоять так, обмякнуть в его сильных руках, было необходимо.
Астарот, радостный, что получил доступ к девичьей лебединой шее, проводит по ней кончиком носа, очерчивая линию от середины плечика до ушка и обхватывает губами мочку, посасывая и жарко дыша.
— Мхх, — постанывает Делия и накрывает его ладонь, а он шустро переплетает их пальцы. Мужчина обводит контур уха и прикусывает кончик, вызывая ещё один резкий вздох.
Астарот не оставляет ушко в покое, водя языком по кругу и обнимая покрепче. Верховная чувствует, как он виртуозно поддевает маленькую серьгу в виде золотого колечка и ловко расстёгивает. Волна возбуждения потоком проходится по телу сверху вниз, покалывает, и становится очень жарко. Ей хочется, чтобы эти ласки не прекращались, она покрывается мурашками с ног до головы и прерывисто выдыхает. Астарот украдкой поглядывает в зеркало, и ему чертовски нравится, что он там видит. Её сосочки проглядываются через тонкую ткань рубашки.
— Уже без белья, маленькая развратница? — игриво шепчет демон, ведя костяшками вдоль позвоночника.
