В его взгляде она читает восхищение и даже обожание, и её стеснительность всё больше отступает. Его тело тоже манит её, но Астарот даёт понять, тихонько надавливая на плечи, что это ещё успеется.
— Расслабься, сладенькая. Я хочу, чтобы ты не отвлекалась и запомнила этот вечер, — приказывает он.
Брюнет тянется до тумбочки и берёт какой-то тюбик с прозрачной вязкой жидкостью. Под её внимательный взор обожатель выливает это себе в ладони, а тюбик взглядом возвращает обратно.
— Что это? — обеспокоенно спрашивает девушка. Так непривычно лежать перед ним в одних штанах, ощущая легкий холодок.
— Масло, милая. Клубничное, — нежно улыбается, чтобы задобрить и растирает по всему туловищу, массажными движениями. Масло оказывается с согревающим эффектом, что заставляет её обмякнуть и улыбнуться. Аромат клубники, исходящий от него, и ванили от свеч, просто бальзамом на душу и его ласки воспринимаются с ещё большим удовольствием и желанием. Внизу живота приятно стянуло, она уже не так боится.
Мужчина втирает масло и приступает к ласкам груди. Он обхватывает обе сразу, с наслаждением разминая и наклоняется, втягивая в рот левый сосок, не оставляя правый без внимания пальцев. Двигая по кругу, прикусывая, не переставая массировать, он доводит её до громких умопомрачительных стонов и приоткрытого рта, а потом уже целует саму грудь, слегка шлёпая её же, удивляя этим ведьму и откровенно подстёгивая.
— Сильнее, — выдавливает Верховная, и он сжимает жёстче, впиваясь в её уста, грубо кусаясь и нежно зализывая.
Корделия тонет в пучине блаженства, удовольствия и разврата. Он знает, как давить, как гладить и в какую часть шеи целовать, чтобы свести с ума. Это просто потрясающе. Она завелась от ласк бюста сильнее, чем когда-либо.
Астарот уделяет слишком много внимания груди и соскам, что уже, кажется, даже набухли и раскраснелись, а сама она намокла внизу и напряглась, выгибаясь, охая, царапая его спину, сплетаясь с ним языками и непременно желающая разрядки.
— Тебе хорошо, малыш? — шепчет на ушко демон, там же невинно целуя.
— Очень, — она обжигает ухо вздохом и прикусывает мочку, не давая отстраниться, притягивает ещё ближе и атакует его шею. Несмотря на грубоватую кожу мужчины, ей удаётся почувствовать его дрожь и врывать несколько несдержанных стонов. Боже, это крышесносно для обоих.
Он отрывается от неё и берёт небольшую паузу, цепляя резинку штанов. Она зарделась и напряглась, но препятствовать не стала, поднимая ноги и ставя ступни на его накаченное тело. Прекрасное, мощное тело. Вот уж и правда, демоны созданы, чтобы возбуждать.
Астарот избавляется от штанов и тут же перехватывает обе ноги за щиколотки, не давая сдвинуть ноги, любуясь блестящей от смазки вульвой и облизываясь. Корделия смотрит в потолок, невероятно смущаясь. Демон целует щиколотку, потом другую, чередуя ножки, параллельно умело массируя ступни, слыша довольное мычание. Он захватывает большой пальчик ноги в свой горячий рот и посасывает. Такого с ней ещё никто не делал, даже Майкл, хотя он тот ещё любитель её ног. Это очень интересные ощущения, до безумия возбуждающие. Даже сама картина могущественного демона, весело на неё смотрящего с её пальцами во рту, вызывает аховые эмоции. Это…тепло, немного щекотно и очень нежно. Ведьма пошло смотрит на это и забывается окончательно, закрывая глаза. «Правильно, малыш, так ощущение будут ярче», — подбадривает мужчина и прикусывает кончик пальца.
Как бы она не смущалась, сейчас Корди со стороны была похожа на податливую и готовую шлюшку, отзываясь на каждое его действие с её хрустальным телом, и это то, что ему хотелось бы видеть. Он мокро касается губами икр, заставляя умирать от ожидания, потихоньку подбираясь ниже. Её ножки горят и слегка трясутся. Брюнет опускается совсем низко и часто-часто целует вокруг интимного местечка, заставляя ведьму хныкать. Целомудренно целуя лобок и проводя языком по низу впалого животика, он смотрит на её лицо, запоминая выражение, когда ей не терпится. Бровки у переносицы, ротик приоткрыт, рука играется с соском и гладит под грудью. Ох, и насмотрелся же он настолько, что пришлось расстегнуть ширинку, чтобы хоть чуть успокоить ноющую боль в паху. Он сам был возбуждён до такой степени, что казалось от одного прикосновения мог кончить с не меньшими стонами.
Темноволосый легко и быстро чмокает клитор, посылая бешенный импульс по женскому телу и отстраняется.
— Боже, — разочарованно выдыхает Делия.
— Сейчас, тигрёнок, потерпи чуть-чуть. Мы же не хотим, чтобы было неприятно, — его тон, несмотря на заботу, откровенно издевательский. Ну как же не воспользоваться ситуацией и не подразнить крошку.
