— Ага. — Я нахмурилась. — Он вел себя, как козёл. Мне хотелось врезать по его роже.
У меня возникло плохое предчувствие, и оно только усилилось.
Дом вздохнул и посмотрел мне в глаза.
— Эрни пришёл к нам из клуба Джерси. Мы мало знали о нем, кроме того, что у него были некоторые личные проблемы. Думали, дело в его бывшей подружке или ещё в чем-то.
Он сделал паузу, как будто решал, говорить мне дальше или нет.
— Хорошо, — нерешительно сказала я. — Из-за чего он перевелся?
Я знала, что ответ мне не понравится.
— Черт, детка. — Он провел рукой по волосам. — Он перевелся из-за тебя. Потому что Джон — его отец. Он убедил его приехать сюда, сказал, что получит кучу бабла, если тот припугнет тебя. —Я думаю, мое сердце остановилось, когда он продолжал, как будто ему нужно было выговориться. — Мы не могли понять, как Джону удалось проникнуть в клуб, чтобы передать тебе письмо, но он этого не делал. Письмо за него написал Эрни.
Я ошеломленно уставилась на Дома.
— Они все это время работали вместе?
Я не могла этого понять.
— Ага. Прости меня, детка.
Он притянул меня к себе, пытаясь успокоить.
Но я не могла успокоиться. Мое сердце бешено стучало.
— Где он сейчас?
Дом нахмурился.
— Кто, любимая?
— Эрни. Где он? — Конечно, Дом не станет использовать Эрни, чтобы попытаться выманить Джона.
— Мертв, детка. Мы позаботились о нем. — Он поцеловал меня в лоб. — Тебе больше не нужно беспокоиться о нем, — сказал он, поглаживая меня по спине.
Я сидела, оцепеневшая и ошеломленная, что ублюдок втянул своего жалкого сына в свою больную и извращенную игру. Я не осознавала, что плачу, пока Дом не вытер слезы с моих щек.
— Не волнуйся, малышка. Я буду защищать тебя, обещаю. Мне жаль, что я позволил Эрни так близко к тебе подойти. — На его челюсти ходили желваки. — Это больше не повторится.
Слезы быстрее полились из глаз. Ощущение страха и угрозы пытались проникнуть в душу. Я посмотрела на него.
— Я просто устала от постоянного беспокойства. Меня тошнит от необходимости всегда быть начеку. Мне нужен перерыв. — Я вытерла глаза. — Мне просто нужно, чтобы он оставил меня в покое!
Я свернулась калачиком на коленях Дома, закрыв глаза, когда он обнял меня, засыпая, представила, что мы далеко отсюда. Никого, кроме нас двоих, в месте, где нет ни Джона, ни страха.
В убежище Дома, на маяке. Место, где ничто плохое не могло нас коснуться. Место мира, красоты и спокойствия. Где можно прогуляться вдоль берега у кромки воды и наблюдать за закатом. Мое любимое время суток, когда цвета сливались воедино, имитируя акварельную живопись. От такой сюрреалистичной картины у меня как всегда захватывает дух. Дом мягко сжал мою руку.
Я посмотрела на наши соединенные руки. Задумчивая улыбка на моем лице исчезает, когда вижу, что рука не принадлежит Дому. Подняв голову, я посмотрела в глаза дьяволу.
— Я же говорил, что ты будешь моей. Ничто меня не удержит. Мы созданы друг для друга, — усмехнулся Джон.
Я попыталась вырваться, но он почти до боли сжимал мою руку. Оглянувшись вокруг, увидела, что маяк медленно тает, как воск со свечи. Я снова была в подвале, прикованная к полу. Я начала задыхаться, безуспешно дергая цепи.
— Нет! Нет! Нет! — закричала я.
Я оглядела комнату, которая на этот раз была ярко освещена, понимая, что одна. Какая-то часть меня испытывала облегчение за других девушек. Я звала на помощь, зная, что это бессмысленно, но должна была попытаться. И без устали дергала свои путы.
Затем хлопнула дверь, я повернула голову на звук и увидела Эрни, спускающегося по лестнице.
— Нет! Пожалуйста, не надо! — закричала я, пытаясь вырваться, но цепи удерживали меня.
Он шел ко мне с отвратительным, злобным взглядом.
— Ты все испортила, тупая никчемная шлюшка!
Он схватил меня за плечо, больно впиваясь пальцами в кожу.
Я кричала, пока боролась.
— Это не правда. Дом сказал, что ты мертв!
Он рывком поднял меня на ноги.
— Я покажу тебе мертв, тупая ты сука.
Он поднял руку, чтобы дать мне пощечину, но меня дернуло назад. Пинаясь и крича, я боролась, когда мускулистые руки обхватили меня, крепко держа. Подвал начал исчезать.
— Детка! Детка, проснись. — Руки нежно встряхнули меня. — Джулс, дорогая, пожалуйста, проснись! — начал кричать голос.
Я проснулась и села, пот струился по лицу, меня трясло. Оглядев комнату, поняла, что мне приснился кошмар. Это был всего лишь кошмар. Я повернулась и увидела Дома. В его глазах читались боль и раскаяние. Он догадывался, что мне снилось. Я бросилась к нему. Оказавшись в его объятиях, сразу же начала успокаиваться.
Он осторожно положил руку мне под подбородок и отклонил мою голову назад, затем вытер слезы. Я немного успокоилась.
— Детка, все будет хорошо. Я обещаю. Хочешь рассказать мне о сне? — спросил он.
— Нет. — Я покачала головой. — Еще нет. Мне нужна минутка, — прошептала я.
Он поцеловал меня в висок.
— Может, выпьем чего-нибудь?
— Ага, не помешает.
