– Там в подвале труп ребёнка. Ему лет двенадцать, хотя, сейчас сложно сказать…
Новость произвела эффект разорвавшейся бомбы. Парни отстранились от меня и забубнили сначала, а потом замолкли.
Не знаю сколько времени мы провели в молчании. Его прервал Денис:
– Они даже хуже, чем я думал… Когда меня привезли сюда, я слышал, как соседка спрашивала у Фрэнка про какого-то Эндрю.
– Думаете они убили его? – спросила Аня.
– В таких условиях и убивать не надо… – сказала я. Парни закивали.
– Что мы будем делать? – спросил Али, оглядев всех нас.
Все задумались. Тут снизу послышался крик Фрэнка:
– Спускайтесь! Пора работать!
– Съешь что-нибудь, иначе не сможешь работать, – кивнул Денис на запас нашей ворованной еды.
Я быстро съела шоколадку и запила её водой.
Все уже спустились, когда я вышла из комнаты. Я спускалась и смотрела на Фрэнка.
«Я знаю, что я буду делать… Я всё решила. Этот мальчик не заслуживает того, чтобы его снова бросили и о нём забыли. И мы не станем очередными жертвами этих нелюдей.»
Мы отпахали выходные. Нас даже накормили один раз. Принесли пакет продуктов, которые получили бесплатно.
«Наверное, очень перенапряглись, чтобы его получить. Ничего… Ещё немного и всё изменится.»
В понедельник мы поехали в школу, но до класса я не дошла. Я развернулась, вышла из школы и пошла искать полицейский участок.
Перед входом я остановилась. Было очень страшно.
«А что, если они мне не поверят?»
Я зашла.
Так как я не знала к кому с таким обращаться, я замерла у входа.
– Милая, тебе помочь? – обратился ко мне полицейский за стойкой, похожей на стойку администратора.
Я нерешительно шагнула к нему.
– Да. Мне нужно сообщить о трупе… Трупе ребёнка, – проговорила я довольно решительно, не смотря на моё внутреннее переживание.
Он уставился на меня сначала с недоверием. Но потом поднял трубку телефона и кому-то позвонил.
– Это ты хочешь сообщить о трупе? – ко мне подошёл мужчина, лет сорока. Он был не в форме, но в костюме. Черты лица были очень серьёзные, мне казалось, он многое видел.
– Да.
– Иди за мной, – кивнул он мне головой.
Мы зашли в кабинет. Там был стол и два стула, по обе стороны от стола.
– Садись. Рассказывай.
Я села. Он сел напротив. Мысленно я попросила его поверить мне. И начала рассказывать.
Когда я закончила, он очень внимательно смотрел на меня. Будто решая верить ли мне. Потом он встал.
– Идём. Поедем в ваш дом, покажешь где тело.
Я встала. Поджилки тряслись.
Мы приехали к дому. Детектив постучал. Вышел Фрэнк, а за ним и Меган.
Когда они увидели меня с полицейскими, в глазах Меган я увидела желание убить меня, Фрэнк просто пристально смотрел на меня.
– Сэр, мэм. Это ваша приёмная дочь? – спросил детектив.
Фрэнк молча кивнул.
– Она сообщила нам, что нашла у вас в подвале труп ребёнка. Мы можем войти?
– У вас есть ордер? – очень спокойно спросил Фрэнк.
– Нет…
Фрэнк не дал ему договорить:
– Тогда, нет.
– Тогда мы вернёмся с ордером, – не отрывая взгляда от Фрэнка, сказал детектив.
– Будем ждать, – смотря ему в глаза, ответил Фрэнк.
Детектив стал уходить.
– Милая, заходи в дом, – словно пропела Меган.
Но её слащавый тон не мог обмануть меня. Желание свернуть мне шею, как цыплёнку, читалось на её лице. Детектив посмотрел на меня. А потом ответил Меган:
– Девушка едет с нами.
Я чуть не упала, где стояла. На ватных ногах я развернулась и пошла с ним.
– Сначала я тебе не поверил, но теперь… Они мне не нравятся, – сказал он с явной решимостью.
Мы вернулись с ордером.
Фрэнк и Меган вели себя спокойно, даже вызывающе.
Я показала, где я нашла тело. Полицейские вскрыли стену, но там ничего не оказалось. Только порошок хлорки.
Фрэнк сказал, что там было крысиное гнездо и они его вытравили, а от запаха насыпали хлорки.
«Ублюдок!»
Я сказала детективу, что тело перепрятали. И тут есть огромная автосвалка.
– Можем мы осмотреть автосвалку? С собаками? – обратился он к Фрэнку.
Фрэнк с улыбкой кивнул.
Когда и на свалке ничего не нашли, он стал говорить детективу, что я не в себе. Что я тяжело переношу потерю отца. И вообще, я – трудный подросток. Тут появилась какая-то женщина. Она представилась Дороти.
– Я – сотрудник службы опеки.
Она стала отводить детектива в сторону. Я услышала только часть её речи:
– Эта девочка удочерена из России. Она со сложным характером. Не слушается, ворует. Родители пытаются ей помочь, но она только больше злится…
Она всё говорила и говорила, а детектив периодически посматривал на меня.
Когда детектив пошёл ко мне, женщина повернулась ко мне лицом и я узнала схожие черты.
«Сестра Фрэнка. Тварь из службы опеки, что поставляет этим извергам детей!»
– Мы ничего не нашли… – с явным разочарование произнёс детектив.
По его глазам я видела, что он расстроен.
– Они всё врут, – сказала я.
Он положил руку мне на плечо, словно говоря: «Я знаю». Но вслух сказал:
– Трупа нет. Мы бессильны.
У меня подкосились ноги. Я еле удержалась стоя. Это значило, что мне конец. Скорее всего, после их отъезда, я буду лежать мёртвая, рядом с тем мальчиком. Ну, или совсем скоро…
Полиция стала садиться по машинам. В это время со школы вернулись ребята.
