Он пошёл на меня. Я стала отступать. Когда упёрлась в стену, решила, что буду смотреть ему в глаза, чтобы он не решил со мной делать. Два синих глаза будто прожигали меня. Они смотрели в самую глубь, словно узнавая все мои тайны.
– Я не понимаю… – заговорил он. – Ты и сейчас не боишься меня. Почему?
Я смотрела ему в глаза.
– Я не знаю…
Он придвинулся так близко, что я чувствовала его дыхание на своём лице. От этого волоски на моей коже поднялись. По телу пошла волна. Я не смогла определить это чувство. Ничего подобного я никогда не испытывала.
Он отстранился.
Его взгляд изменился. И внешность стала меняться. Он становился человеком.
– Я тебе нравлюсь…
Он окончательно стал человеком.
От его слов у меня забилось сердце и к лицу подступил жар. Я подняла на него взгляд. Но он не дал мне ничего сказать:
– Можешь не отвечать. Я вижу это здесь и слышу здесь, – он по очереди коснулся указательным пальцем моего лба и груди.
Он отошёл и стал ходить.
– Это… Это…Это…
От каждого его слова я зажмуривалась всё сильнее и внутри у меня всё сжималось.
– Так не должно быть… Это неправильно, – его слова звучали, как приговор.
«Он ещё будет диктовать мне, что чувствовать?!» – разозлилась я в конце концов и пошла в наступление:
– Зачем ты меня спас?
– Потому что тебе не нужно умирать.
– А зачем ты мне помогаешь?
Он молчал. Но потом всё-таки заговорил:
– Я вижу о чём ты думаешь, но ты ошибаешься. Я не испытываю к тебе чувств.
Мне стало неприятно и даже больно от его слов. Он остановился и посмотрел на меня.
У меня в голове всё равно не складывалось. Как можно помогать человеку, спасать, заботиться, утешать… просто так?
Я, склонила голову, и рассматривала свои ноги, нахмурив брови и размышляла об этом. Он подошёл и взял меня за плечи. Подождал, пока я посмотрю на него.
– Ты интересна мне, как первый человек за двести лет, который удивил меня. Я же говорил, что впервые столкнулся с такой, как ты.
Звучало правдоподобно, но я ему не поверила.
– Тебе двести лет?
– Немного больше. Двести лет назад я стал драконом.
«Одуреть можно!»
– Ты бессмертен?
– Нет. Меня можно убить.
Мысленно я попросила его рассказать, как он стал таким. Он внимательно смотрел мне в глаза. Кажется, на его лице я увидела беспокойство.
«Пожалуйста» – попросила я мысленно. А вслух добавила:
– Моя жизнь, мои мысли, перед тобой, как на ладони. А я о тебе не знаю ничего.
Он ещё подумал, а потом сказал:
– Я ни с кем не сближаюсь, потому что это опасно. Несколько минут назад, зверь внутри меня хотел выполнить твою просьбу и превратить тебя в дракона. Мне с огромным трудом удалось его сдержать.
– Может быть, нужно было ему позволить сделать это?
Он отпустил меня и отошёл.
– Ты не понимаешь о чём просишь.
– Так расскажи мне… – возразила я.
Он подумал, потом взял меня за руку и повёл куда-то.
Мы вышли из здания. Он сел на гравий и прислонился к стене. Я села рядом с ним. Он молчал и просто смотрел вдаль. Потом повернулся ко мне и сказал:
– Я расскажу тебе всё. Но только для того, чтобы ты поняла, что то, о чём ты просишь, ужасная идея. Это утопия и конец для тебя, как человека.
Он сидел согнув ноги в коленях. Взял с земли какую-то веточку, положил руки локтями на колени и стал перебирать эту веточку в руках.
– Мой дед – чистокровный дракон, начал он. – Чистокровные драконы могут выбирать свою сущность, подавлять одну и оставаться в другой сколько хотят. Он женился на простой женщине. И родился мой отец – полукровка. Он тоже женился на простой женщине. И родился я. Во мне было совсем мало от чистокровного дракона. Я больше был человеком, чем драконом. Сущность проявлялась в детстве, когда я не умел управлять эмоциями, но не настолько, чтобы я превращался в дракона.
Он замолчал. Сломал веточку и выбросил её. А потом продолжил:
– Мне было пять лет. Я чувствовал, что во мне есть какая-то неведомая сила и мне казалось, что я особенный, что я всё могу.
Я слушала затаив дыхание, предчувствуя что-то нехорошее.
– У нас был пруд, – продолжал он. – Я решил, что у меня сверхсилы. Я прыгнул в пруд, когда никто не видел.
Я не смогла вдохнуть от страха. А он продолжал говорить:
– Я утонул. Когда меня нашли, только сущность зверя держала меня на грани жизни и смерти.
Я прерывисто выдохнула.
– Меня спас дед. Он обратил меня, дав мне свою кровь. Так, что я обращенный. У таких, как я, нет права выбора, мы почти не можем контролировать зверя. И, чем чаще я превращаюсь, пользуюсь способностями или делаю другие вещи в облике дракона, тем больше он берёт верх над человеческой сущностью. И у этого есть конец. Если зверь победит, я больше не смогу вернуться в облик человека и останусь навсегда драконом. В мире людей, остаться в облике дракона незамеченным, невозможно. И тогда люди просто убьют меня из страха. Так было с моим отцом…
Он помолчал.
