Ивар ощутил ауру. Сильную. Могучую. Такую же, как у него.
В первое мгновение мужчина не поверил своим ощущениям. Нет, не может быть… Такого просто не может быть… Потом всплыл закономерный вопрос: а почему не может быть? Потому что они не планировали? Чудеса и не планируют, они случаются. Тем и прекрасны.
Мужчина, чувствуя, как его душа возрождается и обретает крылья, не сдерживая трепетный порыв, опустился перед Агнией на колени и выдохнул:
– Малыш…
Агния зажмурилась, покачнулась и вцепилась пальцами в мощные плечи Ивара.
– Я беременна? – не размыкая губ, прошептала она.
Мужчина запрокинул голову и голосом, охрипшим от переживаний, спросил:
– А ты не знала?
Сил говорить не было.
Агния отрицательно мотнула головой.
– Тогда почему?…
– С Олесией разговаривали, она и…
Агния не смогла договорить.
Чего-то щемяще-волнительного она и ждала. В мыслях представляла. Поэтому и ответила отказом Олесии. Ей хотелось, чтобы, если Судьба уготовила им небывалый подарок, они о нем узнали одновременно. Чтобы их эмоции соединились, переплелись.
– Ребенок, – Ивар все еще не мог поверить в происходящее. Осознать до конца. Он открывал портал с одной целью – увидеть Агнию. Готовился к тому, что ему укажут на дверь или холодно пригласят прийти через неделю, когда физическую потребность в сексе с ним далее невозможно будет терпеть. А тут… ребенок.
– Да, – Агния все же не сдержалась, и по щекам побежали слезы.
Увидев слезы, мужчина мгновенно насторожился. В голову набатом ударила мысль: а если она не хочет от него ребенка? Что он будет делать?
Зверь внутри взорвался возмущенным ревом. Он сводил его с ума три недели. Терроризировал, как никогда ранее. Какие только извращенные мысли и пожелания, а позже и требования не выдвигал. Что только ему не нашептывал.
Ивар держался.
Знал – поддастся искушению, и на их отношениях с Агнией можно будет ставить крест.
Он должен дать ей время.
И он его давал.
Олесия – чертова интриганка – все рассчитала правильно. Ему следует поблагодарить ее. Она предоставила ему возможность прийти к Агнии чуть раньше. На целых семь дней. Что такое семь дней? Капля в вечности. Так было до знакомства с Агнией. Теперь и час без нее был мучительно бесконечным.
Он никогда ранее не испытывал такого разъедающего отчаяния. С него точно содрали кожу и швырнули на одну из планет, где обжигающие лучи солнца особенно беспощадны, где человек не может находиться и часа, чтобы не сгореть дотла. Каждый вздох давался с трудом. Каждое движение – через усилие. Он заставлял себя открывать глаза с одной мыслью: «Минус еще один день». Не проходило минуты, чтобы он не думал об Агнии. Чтобы забыться, проводил все дни в школе. Детвора требовала самоотдачи, и это спасало.
Ночи же были наполнены горечью.
И воспоминаниями.
О нежности белоснежной кожи.
О глазах – то испуганных, то решительных, то заполненных чувственной негой.
О голосе, выкрикивавшем неразборчивые слова страсти.
Ивар на личном опыте узнал, что такое бессонница. Спал от силы три-четыре часа. Выжимал последние силы в тренажерном зале. На спарринг с ним не желал выходить ни один Воин. Ребята видели, что с ним происходило неладное. Попав пару раз под горячую руку, разом возжелали отправиться поработать. И как можно дальше.
Лишь Лаки не стеснялась в выражениях и безжалостно язвила. После того как связь между Аркадием и Ведьмой стала очевидной, Лаки окончательно успокоилась. Даже хорошо, что у Аркадия появилась постоянная подруга. Он – не для нее. Ивар знал, что Лаки не менее его желает обрести семейное счастье, но кто предназначен его сестре? Вопрос оставался открытым.
И вот он стоит перед Агнией на коленях. Лицо – напротив живота, где только-только начинает зарождаться жизнь их малыша.
– Агния, ты не рада беременности? – он не мог не задать мучивший его вопрос.
Агния мгновенно напряглась, а потом, откинув голову назад, рассмеялась.
– Ивар, я убью тебя. Честное слово, – ее слова прозвучали искренне и естественно.
Они сказали ему все.
Он услышал именно то, что желал.
Порывисто прижался лицом к мягкой ткани платья и с нереальным трепетом поцеловал пока плоский животик.
– Прости меня, – глухо прошептал он, чем окончательно добил Агнию. – Прости за моего зверя. За дракона. Прости за все…
Та всхлипнула и потянула мужчину на себя, заставляя подняться с колен.
– Не надо, – выдохнула она.
Он обеими руками пленил ее лицо, заглянул в глаза.
– Надо. Прости. Вместо того чтобы сделать тебя счастливой, я веду себя как идиот. Особенно на Глорис. Не замечал за собой грубого поведения в отношении женщин, а тут…
В груди Агнии неприятно кольнуло, стоило услышать про других женщин. Отголосок зарождающейся ревности?
– Ничего не говори. И не извиняйся. Мы оба были… немного неадекватными, скажем так, – она нервно сглотнула. Дрожь прокатилась по телу.
Он рядом.
Ивар.
Демон-дракон.
Тот, кого провидение выбрало охранять спокойствие между мирами. Наделила небывалой силой. И нежностью. Добротой.
Тот, кого Судьба выбрала для нее.
Так стоит ли сопротивляться?
