Одно-единственное слово, давшееся с великим трудом. Она шумно сглотнула ком, образовавшийся в горле.
Было трудно разговаривать.
Было трудно дышать.
Было невыносимо дальше жить.
Надо сбросить внутренний огонь, пожирающий ее. Выжигающий плоть и кровь. Все мысли, чувства, желания обострились.
И сводились лишь к одному.
Утолить вожделение. Столь острое, что сводило с ума.
Краем затуманенного сознания Агния поймала себя на мысли, что находится не в лучшем виде – снова обнаженная, с раздвинутыми ногами.
Плевать…
Да, завтра ей будет стыдно. Но это будет завтра.
А сейчас…
– Больно… Сделай… сделай что-нибудь… – снова выдавила она из себя и в очередной раз скользнула пальчиком в раскрытое лоно.
Ивар приглушенно зарычал, выругавшись про себя.
– Где болит? – более глупого вопроса задать было нельзя.
– Там.
Где именно «там», дополнительно объяснять не надо было.
Ивар снова выругался. Стоит остолопом, хотя прекрасно видит, что она страдает. И точно знает, в чем причина ее страданий и как ей помочь!
Придвинулся к ней, по-прежнему находясь на коленях, и едва не потерялся – запах женского возбуждения дурманил сильнее вина.
Как-то странно у них происходит. Не по-людски. Прикасаются друг к другу под воздействием обстоятельств, а не от взаимного притяжения, не от химии, толкающей людей в пучину страстного желания.
Плевать…
Завтра с этим разберутся.
А сейчас…
Ивар, тяжело дыша, чувствуя, как вздулись вены, как в груди взорвался вулкан, нанося смертельные раны, накрыл руку Агнии своей.
– Давай я.
Его пальцы осторожно, но настойчиво заменили ее.
Агния зашипела разъяренной кошкой, дернувшись, словно собиралась отодвинуться, потом резко передумала и с силой сдавила мужскую руку.
– Что происходит, черт побери? – яростно выдохнула она, направляя чужие пальцы внутрь.
– Вожделение. Страсть. Секс, – прорычал Ивар.
Контроль. Полный контроль…
– Я… знаю, что такое секс! – пискнула Агния, поднимая бедра. – Что со мной?…
– Честно, девочка? Я не совсем понимаю! Знаю лишь одно – я не позволю тебе страдать и испытывать боль!
Пальцы, окунувшиеся в теплые сочившиеся влагой складки, подрагивали. Он старался действовать нежно, чувствуя физиологические изменения, произошедшие с ней. Лицо Агнии горело нездоровым румянцем, девушка как будто находилась в лихорадке. И он пока не мог понять, какая сила заставила ее, только что вернувшуюся из магазинов, сорвать с себя одежду и начать заниматься самоудовлетворением на полу в ванной комнате.
Агния то шипела, то рычала. Все ее тело скрутила судорога. Вторая рука метнулась к груди и затеребила сосок.
Что она творит?! Она решила доконать его.
Он, черт побери, не железный!
Ивар находился на грани. Возбуждение достигло пика. Еще немного, и он просто не выдержит. Стоп… Надо сосредоточиться… не думать о том, что сперма готова выплеснуться из него при одном неосторожном движении. Да какое к черту движение? Он готов был выплеснуться лишь от того, что уже прикасается к ее лону!
Но мужчина продолжал, стоя на коленях, старался сосредоточиться на проблеме – проблеме, мать ее! – Агнии.
Но, как оказалось, все только начиналось.
– Мне… мало, – были ее следующие слова.
Все смешалось. Все стихии. Все материи.
Все исчезло.
Осталась лишь она.
Его девочка. Его пара.
– Мало? – выдавил из себя Ивар, чувствуя, что скоро не выдержит. Вены на висках вздулись до такой степени, что готовы были порваться от резкого поворота головы. В горле пересохло и саднило, точно по нему от души прошлись наждачной бумагой.
– Да… Помоги мне… – глаза девушки закатились, и она, снова выгнувшись, заскребла короткими ноготками по кафелю.
– Уверена, что ты этого хочешь?
– Нет! Нет… Но… Я больше не могу… Я сойду с ума… Мне…
Она не договорила. Ее тело дернулось в конвульсии, и Агния, чтобы облегчить, унять терзающий изнутри жар, оттолкнулась от пола, кое-как села на корточки, тем самым сильнее и глубже насаживая себя на пальцы Ивара.
Она одной рукой вцепилась в его плечи, вторую уперла в стену.
– Не могу…
Сок сочился из ее недр. От прильнувшей крови нижние складочки опухли, и вход в лоно стал безумно узким, что добавляло остроты ощущений обоим. Агния то рычала, то стонала, то жалобно всхлипывала. Откинув голову назад, она, оттолкнувшись ступнями от пола, поднималась и опустилась на мужские пальцы, имитируя половой акт.
Мало…
Этого было ничтожно мало.
И оба понимали это.
Агния, вытянувшись струной, вернулась в вертикальное положение и с отчаянием в глазах, посмотрела на Ивара.
Тот больше не колебался.
Пусть горит все синим пламенем!
Пусть завтра она с презрением будет смотреть на него!
Но сегодня он прекратит ее, а заодно и свои мучения!
Одним рывком он разорвал штаны, отбросив ненужную тряпку прочь. Подхватил Агнию за тонкую талию и потянул на себя.
– Смотри мне в глаза, – проговорил он, гипнотизируя ее интонацией. Девушка помотала головой, отчего каскад белоснежных волос закрыл влажное от слез и испарины лицо. – Смотри, Агния! Я хочу, чтобы ты понимала, что происходит! Что нет ничего постыдного и ужасного в том, что мы сейчас делаем! Это природа!
Он сам себя слышал?
– Мне больно…
