— Проклятье, — прорычал Николас, указывая куда-то поверх толпы, — твоя сестра притащила сюда твою беременную девку. О чем она только думала своей пустой головой.
Маркас не стал дослушивать. Пробежав через внутренний дворик, он перепрыгнул через ограду и оказался рядом с Мэррион.
— Что с ней? — прорычал Маркас, опускаясь на колени, перед девушкой. Лилис была бледна как сама смерть и только кроваво красные губы выделялись на лице ярким пятном. Она жмурилась и прижимала руки к животу, то и дело, вздрагивая, как от сильной боли. Когда она прикусила губу, Маркас понял, почему они были настолько яркими.
— Я не знаю что произошло, — прошептала Мэррион. Заламывая руки, она в беспокойстве крутилась рядом, чем мешала Маркасу, — мы просто стояли здесь и смотрели, а потом она упала. Я ничего не поняла. Не поняла. Что с ней, Маркас?
Мэррион попыталась сесть рядом, но Маркас не позволили. Он сдвинул ее в сторону, чтобы она не мешала ему. Его взгляд сосредоточился на Лилис. Она так и не посмотрела на него. Маркас мог бы вытряхнуть ответ из сестры, но не стал. Она не смогла бы ему ответить, да и не то время, чтобы выяснять правду. Он сделает это позже. Сейчас, все что ему нужно знать, уже перед ним. Лилис, корчащаяся от боли.
Одним резким движением Маркас подхватил Лилис на руки и поднялся. Низкие стоны врезались в его сердце, но он ничего не мог с этим поделать. Нужно увести ее с холода, туда где гораздо теплее. Нет, он не собирался тащить ее в одинокий дом, чтобы бросить там. Оставив толпу воинов позади во внутреннем дворике, он вошел в главный дом и поднялся в свою комнату. К этому времени, Лилис уже перестала стонать, лишь молча вздрагивала в ответ на каждое его движение.
Осторожно, насколько вообще был способен, Маркас уложил ее в кровать. Сначала он хотел отойти, но передумав, присел рядом. Можно ли прикоснуться к Лилис или лучше не делать этого? Впервые в жизни он понимал, что его грубой силе здесь не место. Он не сможет взять и развернуть Лилис к себе, чтобы потребовать от нее ответ. Только не в том состояние, в котором она была сейчас.
Лилис резко вздохнула и, подняв руку, дернула за воротник платья, словно одежда душила ее. С каждым мгновением она становилась бледнее. Ее мучило что-то иное, что заставляло ее молчать и только закусывать губы. Из маленькой ранки от зубов побежала кровь. Не удержавшись, Маркас протянул руку и прижал палец к поврежденному месту, не позволяя капле скользнуть ниже. Лилис испуганно вздрогнула от этого прикосновения и отшатнулась в сторону.
— Лилис. Что случилось? — Маркас потерял терпение. Он должен знать и понимать, что с ней случилось.
Открыв глаза, Лилис, прищурившись, посмотрела на Маркаса. Ее синие глаза потемнели от боли, и казалось, она сама не понимала, что с ней происходит. Маркас осторожно прикоснулся пальцем к ее щеке, поражаясь какой холодной она была на ощупь. Как самый настоящий снег.
— Ты причиняешь мне боль, — наконец, прошептала Лилис, сжимаясь и отстраняясь дальше от него, — не трогай меня. Пожалуйста, — она снова закрыла глаза, полностью отгораживая себя от внешнего мира с его жестокостью. Она хотела чтобы ее оставили в покое. Ее тело снова воспротивилось любым касаниям и даже к Маркасу, который прежде приносил ей наслаждение своими руками. Она боялась чужих прикосновений, и теперь этот страх вновь вернулся к ней. Гордон научил ее этому.
Лилис со стоном перекатилась на бок и подтянула колени, насколько близко насколько позволял живот. Маркас остался где-то позади ее, но Лилис об это не задумывалась. Она полностью сосредоточилась на боли, охватившей ее своими жестокими тисками.
Маркас подскочил с кровати. Первым его намерением было уйти из комнаты и позволить Лилис самой разбираться с этой проблемой. Но вместе с этой мыслью, его ноги будто приросли к полу, не позволяя сделать даже короткий шаг к двери.
Чертыхнувшись, он вернулся к кровати и одним движением опрокинул Лилис на спину, заставляя посмотреть на него.
— Скажи мне что случилось, — твердо потребовал он, слегка встряхивая ее, — расскажи мне, чтобы я мог тебе помочь.
Это обещание повисло между ними, удивив обоих. Лилис несмело открыла глаза, боясь яркого света. Маркас все равно не оставит ее в покое.
— Я не знаю, — хрипло пробормотала она, тяжело сглатывая и тут же морщась от боли в щеке, да и во всем теле тоже, — Я не понимаю что случилось. Болит все тело.
Маркас нахмурился, а потом недолго думая расстегнул брошку на ее пледе. Нужно осмотреть ее и убедиться что все в порядке. То, что говорила Лилис, не укладывалось с тем, что рассказала Мэррион. Осталось только одно. Ребенок.
— Что ты делаешь? — прошептала Лилис, пытаясь схватить его за руку. Маркас оттолкнул ее руку и продолжил раздевать ее.
Несмотря на свое хмурое лицо, он старался действовать очень осторожно. Поддерживая Лилис за плечи, он избавил ее от пледа и отбросил его в сторону. Позволив Лилис немного отдохнуть, он развязал шнуровку платья, аккуратно стягивая его вниз по плечам. Он ожидал увидеть синяки или что-то, что могло вызвать такую боль.
