— Думаю дело не в чае. В прошлый раз Дженис принесла лекарство, и меня стошнило, едва я только сделала глоток. Теперь этот чай. Что-то с травами на кухне, — Лилис помедлила, а потом продолжила, — среди них есть опасные и их срочно нужно убрать. Морран предупреждала меня об этом.
Лилис не знала, поверил ей Маркас или нет. Она не была искусна ни в одном вопросе, касающемся жизни и к ней редко прислушивались. Всё что ей известно, это жизнь в одиночку и собственная безопасность. Сегодня же она была уверена что права. Травы опасны все или какая-то одна из них.
— Я хочу посмотреть травы на кухне, прямо сейчас, — выпалила она, — прошу тебя, Маркас. Я должна проверить их. Мне кажется, кто-то может пострадать.
— Хорошо.
Лилис от удивления забыла, как дышать, Маркас же поднялся на ноги и протянул ей руку. С его помощью Лилис встала с кровати и если бы не его твёрдая руку, то она непременно бы закачалась. Волнение сказывалось на её равновесии, да и ноги тряслись.
— Ты веришь мне? — прошептала Лилис, когда Маркас повел её из комнаты.
— Скоро узнаем. — коротко ответил Маркас.
Лилис осматривала травы, не зная, что точно ищет. Все выглядело, как и этим утром: засушенные соцветия, корни, стебли и листочки. Все в хорошем состоянии, если Лилис конечно правильно могла об этом судить. Ей пришлось признать самой себе, а чуть позже и Маркасу, что она ничего в этом не смыслила. Каждый холщевый мешок, каждая развешенная веточка, все было на один вид без явных отличий, за которые мог бы зацепиться взгляд.
Маркас стоял чуть поодаль, сложив руки на груди. Он не давил. Вовсе нет. Только вот она чувствовала его взгляд, которым он прожигал ее спину. Он не даст ей другого шанса доказать свои подозрения. В ее распоряжение лишь это мгновение. И, кажется, она его упустит, потому что ничего не сможет ему рассказать. Это пугало, потому что, несмотря на это она понимала, что не ошибается. Трава, которую Дженис заваривала для Лоуренса, была отравлена. Но почему она не заметила этого раньше? Ей вообще не стоило касаться этой травы, она ведь знала, что никогда не обладала подходящим даром. А если бы случилось самое страшное, и она не успела бы забрать эту кружку из рук Лоуренса? Его смерть была бы на ее совести.
Лилис еще раз посмотрела на траву и тяжело вздохнула. Наклонившись над самым большим мешком, она закрыла глаза и медленно втянула сладковатый запах. Удивительно, но сейчас все было в полном порядке. Ничего, что могло бы вызвать в ней страшного приступа, мешающего дышать.
— Я ничего не чувствую, — сказала она, прямо посмотрев на Маркаса, — может быть я ошиблась.
Она снова повернулась и прошлась вдоль стены, рассматривая сухие ветки. Фэррис хорошо разбиралась в травах, но с какого момента она сама начала чувствовать их? С какого момента с ней начали происходить такие странные вещи? Ее жизнь и так была сложно, а теперь стала еще хуже. И как с этим справиться?
— Ты мне не веришь? — она повернулась к Маркасу, решив сразу задать ему, этот вопрос и приготовиться к тому, что он скажет ей в ответ. — Я сказала правду.
Маркас закрыл дверь кладовки и прислонился к ней спиной. На сей раз сюда никто не сможет войти, не оттолкнув его с пути. Лилис испуганно отшатнулась от него, не зная чего от него ожидать. Почему он так смотрит на нее? Так, что ее ноги дрожали от страха.
— Почему ты боишься? — спокойно спросил Маркас.
Лилис прикусила губу, не понимая, что должна сказать. Она сама вызвалась прийти сюда, чтобы проверить траву и теперь, хочет того или нет, но ей придется держать слово. Даже если это заставит Маркаса ополчиться на нее.
— Я уверена, что чай для Лоуренса был отравлен, — твердо сказала она, — И поэтому мне страшно.
Маркас не стал медлить.
В одно мгновение он подскочил к ней, прижимая ее спиной к одной из полок.
— Если чай и правда, был отравлен, то расскажи мне, кто его готовил?
Лилис побледнела, но промолчать не смогла. Ради безопасности других, она должна сделать это.
— Я.
— Ты собиралась убить Лоуренса? — прорычал Маркаса, еще крепче прижимая ее к полкам.
Лилис поморщилась от боли в пояснице, но сейчас это было меньшим из ее бед. Главное собраться с мыслями и постараться хоть что-то объяснить Маркасу. Конечно же, она не хотела травить Лоуренса. Даже если в чай и попало что-то опасное, это произошло из-за ее невнимательности, но не от злого умысла. От одного только предположения, что она могла лишить кого-то жизни своими собственными руками, Лилис стала настолько дурно, что она покачнулась в руках Маркаса. К ее удивлению, он вовремя успел поймать ее, помогая восстановить равновесие.
— Нет, — Лилис лихорадочно замотала головой, отказываясь от ужасного, безжалостного предположения, которое так просто озвучил Маркас, — Я не посмела бы сделать это. Я не смогла бы вредить Лоуренсу, да и никому другому тоже, — всхлипнув, она уткнулась Маркасу в грудь в неожиданном поиске поддержки. Она не хотела, чтобы он думал о ней так плохо, — Я всего лишь приготовила чай, — проговорила она. Ее голос звучал немного глухо из-за того что она прижималась к Маркасу.
