Я рассказала Марку о том, что Потенциально Голубой Брэд, может быть, и в самом деле голубой. Хотела, чтобы он, как человек знающий, поделился со мной своим мнением по этому поводу.
Марк пришел, когда я одевалась. Я рылась в своей одежде, все в той же, которой обходилась последние пять недель. Наконец вытащила черные брюки, желтую тунику на пуговицах и начала одеваться.
— Дорогая, ни в коем случае, — остановил он меня. — Не надо надевать это.
— Почему? — спросила я. — Что тебе не нравится?
— Ты в этом как корова, — ответил он. — Эта штука на тебе висит как мешок. Она слишком большая. Знаешь, что я сегодня заметил?
«Что, миленький дружок Марк, только что обозвавший девушку коровой? Давай просвети меня».
— Женщины в Нью-Йорке все носят в обтяжку. Не важно, крупные они или маленькие, толстые или тощие. Все всё носят в обтяжку. Ничего страшного, дорогая, что у тебя такая пышная задница. И не надо ее прятать, наоборот, подчеркни ее.
Как это похоже на моего Мо, сначала посадить в лужу, а потом протянуть руку помощи.
— Неужели? — задумалась я.
Должна признать, задница у меня определенно имеется.
Марк зарылся в кучу моей одежды и вынырнул с обтягивающей желтой кофточкой.
— Вот, надевай, — протянул он ее мне.
— Давай!
Я натянула кофточку и посмотрелась в зеркало. Толщина стала заметнее! Вообще-то я не толстая, но и тощей не назовешь. Мои округлости — в нижней части, а наверху — плоско.
— Марк, ну вот теперь я как раз и выгляжу как корова, — сказала я. — Смотри, бедра стали еще шире.
— Заткнись, милая. Это женственно. Как у Дженнифер Лопес. Благодаря ей общество снова стало нормально относиться к девушкам с большими бедрами, как у тебя. — Он рассмеялся. — Без нее тебе пришлось бы плохо.
Иногда удивляюсь: как у меня получается дружить с Марком? Он такой привереда! Но… Захотел бы он появиться на людях с толстозадой коровой? Нет, конечно. Это было решающим аргументом в пользу обтягивающей кофточки с брюками в облипку.
— Еще бы сиськи побольше сделать, — добавил Марк.
— Это можно, — согласилась я, вытаскивая из коробки силиконовые вкладыши для увеличения груди. Они называются «Кервз» и предназначены как раз для таких, как я. Вставлю их в чашечки своего бюстгальтера, чтобы уравновесить верх и низ. Буду сегодня с двойными вкладышами.
— Вот так гораздо лучше, — одобрил Марк.
Мы отправились в ресторан. Опоздали всего на пять минут. Не так уж плохо для меня. Брэд уже ждал нас в баре. Он был еще красивее, чем я помнила.
— Привет, — сказала я, отводя глаза и всем телом ощущая необычность своего наряда.
— Привет, — ответил Брэд и поцеловал меня в щеку. Я залилась краской, чувствуя неловкость. Ничего не могу с собой поделать. Временами бываю очень самоуверенна, но порой, как сейчас, смущаюсь и нервничаю.
Я познакомила Марка и Брэда, мы немного посидели в баре, пока нас не пригласили к столику.
В «Мексиканской розе» самая лучшая мексиканская еда, какую мне только доводилось пробовать. Там подают такие «Маргариты» с гранатовым соком! И там готовят гуакамоле — мексиканский салат из авокадо, овощей и специй — прямо у вас на глазах. Просто мечта! Остро — во рту горит, но вкусно так, что пальчики оближешь!
Конечно, меньше всего на свете я хотела казаться толстой в своей плотно облегающей одежде. Поэтому все съедала только наполовину. О чем очень сожалела. Подошел официант и спросил, сыта ли я, и мне пришлось ответить: «Да, спасибо». Какая ложь! Столько еды пропало зря.
За ужином мы все выпили слишком много «Маргарит», Брэд извинился и ушел в туалет.
— Ну, как? — спросила я Марка, как только Брэд исчез.
— Мне он понравился. Не думаю, что он голубой.
— Правда? — спросила я, слегка пьяная и взволнованная.
— Точно, — ответил Марк. — И он красавец.
— Знаю, — звенящим от возбуждения голосом произнесла я.
Несколько человек оглянулись на нас.
— Дорогая, тебе надо следить за голосом.
Над моим голосом мы с Марком работали уже почти год. Как-то мы посмотрели шоу Опры, где была женщина, занимающаяся «постановкой голоса», и узнали, что надо говорить ниже и медленнее. Ни-же и ме-д-ле-н-н-е-е. Она сказала, что «тогда люди будут к вам серьезнее относиться».
Мне нужно работать над своим голосом. И вообще над речью. В юности я посмотрела фильм «Девчонка из долины» и начала постоянно употреблять словечки вроде «типа» и «в натуре». Сейчас я повзрослела, но никак не могу избавиться от резкого голоса и некоторых словечек. Вообще-то мое самое любимое слово до сих пор «гадство». А еще «пижон». А так как я со Среднего Запада, мои любимые прилагательные — «изумительный», «прелестный», «клевый» и «крутой».
Почему-то примерно год назад мы с Марком решили, что мне пора изменить голос. Еще я купила книгу по расширению словарного запаса и заучивала по одному новому слову в день. И я постоянно практиковалась в снижении тембра голоса. Марк для проверки звонил мне по телефону, и я отвечала новым голосом.
«А-л-л-о», — говорила я, ме-д-ле-н-н-о и ни-з-ко, лихорадочно придумывая предложение с новым выученным словом.
«Отлично, дорогая», — отвечал Марк.
