Так почему же все-таки я решила не подписывать продление? Наверное, чувствовала, что уже достаточно набатрачила для этого шоу за последние пять месяцев и на компанию вообще за полтора года. Я всю душу и сердце отдавала работе. И если они могут позволить себе не соблюсти элементарной вежливости по отношению ко мне и не дать мне знать о своем решении за четыре недели, как положено по контракту, то и я не собираюсь быть вежливой по отношению к ним и считаться с тем, что кажется им «справедливым». Ведь понятно же — продления выгодны только им. Какую выгоду получит работник от того, что у него будет две недели на поиски работы вместо четырех, если с ним все-таки не продлят контракт? Зная, что в эти две недели решается судьба его работы, он будет задницу рвать, лишь бы его шоу понравилось на ноябрьском прогоне! От этого зависят его средства к существованию.
Вечерком Дэвид пригласил меня в свой кабинет.
— Привет, Карин, — сказал он, пока я усаживалась.
— Привет, — ответила я жизнерадостно, как обычно.
— Слышал, ты не стала подписывать продление, и решил поинтересоваться почему, — сказал он.
— Мне просто хотелось узнать, продляете ли вы контракт со мной, раньше, а не позже, — ответила я. — Вот и все.
— Тебе здесь не нравится? — спросил Дэвид.
— Легко не было, но я вполне справляюсь, — ответила я. — Думаю,
— Ну, хорошо, — сказал он и, помолчав, продолжил: — Я думал, тебе здесь нравится, и был слегка шокирован, увидев, что ты одна из трех человек, отказавшихся подписывать это. Но про двух других я знаю, что им тут не нравится и они хотят уйти.
— Ну а я хочу, чтоб все было хорошо, и ты знаешь это. Мне просто нужна ясность, и раньше, а не позже.
— Ладно, спасибо, — сказал он.
И вот наступила среда, тридцать первое. Хэллоуин. День продления контрактов. День непродления контрактов. Я пришла на работу и продолжила свои дела. Я все ждала, получу ли я письмо о возобновлении контракта. Я думала, что если бы они не захотели продлевать контракт, то к этому времени уж как-нибудь меня известили об этом. А так как никто ничего не говорил, я ожидала письма. К пяти часам я решила найти Дэвида и спросить его, где письмо. Но он все еще был в студии на записи, так что я нашла администратора и задала этот вопрос ей.
— Вам нечего ждать, — сказала она, и я не поверила своим ушам.
— Вы хотите сказать, что меня не берут? — спросила я.
— «Кинг уорлд» принял решение не возобновлять контрактов с теми, кто не подпишет согласие на продление, — сказала администратор. — Это не имеет никакого отношения к вам лично. Таково общее решение, без всяких исключений.
Из-за того, что я не поставила подпись на клочке бумаги, который они сунули мне в лицо на прошлой неделе, я потеряла работу — вот так незатейливо. Несколько секунд я тупо смотрела на нее, затем вернулась к себе, за свой стол. Я все еще не могла поверить, что это на самом деле случилось.
Как в тумане я сложила вещи и вышла. Если я на самом деле потеряла работу, то какой смысл сидеть здесь до шести? К тому времени, когда я добралась до дома, реальность этого события навалилась на меня, и я расплакалась. Что, черт возьми, мне теперь делать? У меня двадцать пять тысяч долга, а я еще и работу потеряла. И оказывается, сама виновата — не подписала этот дурацкий клочок бумаги. Внезапно я разозлилась и почувствовала себя обманутой. Я проработала в этой идиотской компании полтора года и отдала им так много сил и времени, что чувствовала себя совершенно выжатой. Я решила позвонить Дэвиду, зная, что он уже не в студии. Когда он подошел к телефону, я очень спокойно спросила его, почему они так поступили.
— Как это могло случиться? Я всю жопу отбила, работая на это идиотское шоу с самого начала, а теперь ты не продлеваешь мой контракт!..
Я была спокойна. По-настоящему спокойна. Впрочем, может, и нет.
— Это было решение «Кинг уорлд», я тут ни при чем, — ответил он.
— Ах вот как? И ты, жопа, даже не соизволил сообщить мне об этом! Мне надо было самой спрашивать у людей? (Используя слова на букву «ж», я сбиваю агрессию.)
— Я же сказал, что решал не я, и я не знал даже, что это уже официально подтверждено, честное слово, — настаивал Дэвид.
— А если бы администратор не сообщила мне об этом? И я пришла бы завтра, и послезавтра, и на следующей неделе и продолжала ходить на эту жопскую работу, считая, что у меня все в порядке? А? Я что, должна догадываться, что меня вышвырнули? Обычно, дорогой Дэвид, если людей выгоняют с работы, кто-нибудь им об этом говорит. Они не должны ходить по офису, как жопы, и спрашивать.
Мне и правда становилось легче.
Он промолчал.
— Подите вы в жопу! — сказала я и бросила трубку. Я была в ярости. Меня выгнали. Черт!
