— Отлично, — ничуть не удивленным тоном изрек иллюзионист, он же мои личные грабли, но его пальцы едва различимо сжались на моем плече, словно подбадривая меня, и я прекратила заниматься самобичеванием, плюнув на всё и подумав: «Будь, что будет». Как говорится: «И понадеялся поп на русский „Авось”»…
— Хорошо, — кивнул Крапивин и обратился к Мукуро: — Со мной недавно связался господин Джессо и пояснил, что дела в вашем племенном хозяйстве идут совсем не так, как раньше. Он сказал, что ваши жеребцы куда выносливее тех, что поставляет мне Шалин, и по присланным им документам это подтверждается. Сверив информацию от людей, пользовавшихся вашими услугами в этом году, с данными по нашим лошадям, я могу сделать вывод, что ганноверы Шалина несколько уступают буденновцам Светловых. И дело, похоже, не в том, что у него хуже товар, — ох, как-то меня от этого слова аж передернуло… — а в том, что Шалин, сконцентрировавшись на столичных покупателях, начал продавать нам товар низшего сорта, — да что он так выражается-то?! — Посему меня заинтересовали слова господина Джессо о возможном сотрудничестве. Не люблю, когда мне подсовывают бракованный товар.
Тьфу! Прибила бы! Лошади не товар! Что ж он за человек-то такой? Отец его, мир праху, лошадок любил, а этот… Ленки на него нет с ее любовью к животным, превосходящей даже мою… Мне ему хочется дать в лоб даже больше, чем час назад — Ананасу! А вот этому самому Ананасу явно было пофиг на выражения Антон-куна, потому как он заявил:
— Да, Джессо сказал Вам правду, качество оказания услуг этих двух племенных хозяйств значительно различается. Мы позволяем покупателю лично отбирать необходимый ему товар, и потому возможность подсунуть доверчивому покупателю «брак» практически исключена.
— Меня это устраивает, — хмыкнул Крапивин, откинувшись на спинку лавочки и сложив лапки на пузе. — Однако мне необходимо самому удостовериться, что ваши лошади и впрямь превосходят тех, что были мне проданы в этом году Шалиным.
— Присылайте представителей в начале следующей недели, — тут же взял быка за рога всё еще обнимавший меня Мукурище. — Однако это должны быть люди, которым можете доверять и Вы, и хозяйки «Зари» в равной степени, согласны?
— Справедливо, — поморщился он. — Что ж, приятно было пообщаться. Дальнейшая беседа не имеет смысла, пока не придут результаты экспертной оценки. Надеюсь, вы продемонстрируете нам всех лошадей?
— Конечно, нет, — расплылся в ехидной усмешке Мукуро, и я чуть не подпрыгнула от ужаса. Что он творит? — Где гарантия, что лошадям не причинят вреда? Мы продемонстрируем лишь половину выставленных на продажу лошадей и треть производителей. Не лучшую треть, заметьте.
— Не лучшую, говорите? — протянул Крапивин и впился взглядом в глаза Мукуро, снова подавшись вперед и опершись локтями о колени.
Иероглиф «ад» в правом зрачке иллюзиониста пугал как никогда прежде. Его глаза были полны решимости и ледяной уверенности в себе. Любой бы понял, что это глаза абсолютно непреклонного человека, и спорить с ним совершенно бесполезно, и, похоже, Крапивин, будучи человеком явно проницательным и обладавшим деловой хваткой, этот взгляд оценил. Он встал и заявил:
— Идет. Похоже, в «Заре» наконец появились люди, обладающие необходимыми для ведения дел качествами. Не люблю тряпок. А Вы и господин Джессо обладаете деловой хваткой. Приятно будет иметь с Вами дело. Не в обиду Вашей девушке сказано.
— Ку-фу-фу, она не обидится. Да, милая? — обратился ко мне Мукуро, прижав меня к своей бренной тушке.
— Да, конечно, — пробормотала я. На правду не обижаются, что уж там? Маня хоть и неплохо ведет дела, но такой хваткой не обладает, да и выдержки у нее, если честно, — кот наплакал… Срывается часто.
— Отлично. Я позвоню Вам завтра вечером — договоримся о кандидатурах экспертов, — кивнул он, обращаясь к Фею.
— Хорошо, — ответил Мукуро так безразлично, словно это всё были фантики, и речь шла не о спасении нашего племенного хозяйства, а о соревновании по домино среди дворов уездного города в категории «кому за шестьдесят»…
— Мне нравится такое отношение, — усмехнувшись, блеснул верхом нелогичности Крапивин и обратился к Бьякурану: — Надеюсь на продолжение переговоров и с Вами.
— Я тоже, — мило улыбнулся Джессо и пожал протянутую ему руку бизнесмена с таким видом, будто делал тому одолжение.
— До встречи, — бросил Крапивин и, не взглянув на меня, быстрым шагом поспешил свалить в туман. Повисла тишина, и как только фигура в серой рубашенции скрылась в дальних далях, ее прорезал мой вопль:
— Какого фига?!
— Поддерживаю, — кивнул Дино. — Почему ты не предупредил?
— Я хотел сделать Кате-чан сюрприз, — «обрадовал» меня Джессо, подруливая к нам и садясь на лавочку справа от Мукуро, всё еще меня собственнически обнимавшего.
— А если б Катю-чан инфаркт хватил?! — возмутилась я чуть тише, но не менее яростно.
— От приятных сюрпризов не умирают, — убежденно заявил Зефирище.
— Мой мозг, которого и так практически не было, умер, — прошептала я и, закрыв лицо руками, склонилась над землей, практически параллельно к ней.
