— Какой ты недоверчивый, Дино-кун, — улыбнулся Бьякуран, воззрившись на Каваллоне, с мрачным видом стоявшего рядом с Ямамото напротив лавочки. — Ты видел Антон-куна? Видел, какой стиль общения он предпочитает? Мукуро-кун, похоже, как и я, искал информацию о нем и тоже понял, что этот человек уважает исключительно силу. Потому он и перешел к Шалину — при прочих равных, его манера вести дела Крапивина устраивала куда больше, нежели податливость и гибкость родителей Кати-чан. Это волевой человек, не терпящий проявления слабости и мягкости, — глаза Бьякурана вдруг распахнулись, а с губ вмиг исчезло всякое подобие улыбки. Я словно присутствовала при том самом моменте манги, когда Блюбелл сказала, что надо убить Юни… И мне стало жутко.
В тот же миг наваждение исчезло, а Бьякуран вновь сощурился и засиял лыбой а-ля «Я люблю весь мир, а пара трупов в моей кладовке — это так, декорации». Я поежилась и поймала насмешливый взгляд Ананаса. Ответив ему взглядом, вещавшим: «Ой, да пофиг мне, что ты обо мне думаешь: это было реально жутко и неожиданно!» — я поймала в ответ ментальное сообщение: «К неожиданностям пора бы и привыкнуть, пугливая ты моя», — и, фыркнув, отвернулась.
— Да, ты всегда жесткий, — усмехнулся Дино. — Вот чего в тебе нет, Бьякуран, так это мягкости. Ты успешно прячешь это за улыбкой, но те, кто тебя знает, на нее никогда не поведутся.
— Да ладно тебе, Дино, — вмешался Ямамото с улыбкой. Единственной чистой и искренней улыбкой в данный момент. — Он ведь помог. Не ищи ты во всем подвох! Это ведь Бьякуран спас Ламбо в последний раз.
Я вздрогнула и уставилась на Джессо, а затем вновь воззрилась на Ямамото. Любопытство меня просто сжигало, но спрашивать их о том, как они умерли, было бы верхом бестактности и жестокости, а потому я, как и обычно, промолчала.
— Да, — поморщился Дино, упирая руки в бока и начиная отстукивать бешеный ритм ногой, — но не забывай о его прошлом!
— Которое не настало, — рассмеялся Ямамото. — Он учел уроки десятилетнего будущего, Дино. Он на нашей стороне вот уже как пять лет. Мельфиоре не существует, может, хватит относиться к нему с подозрением?
— Нет-нет, Ямамото-кун, — вмешался Джессо, — меня такая позиция вполне устраивает. Это даже несколько бодрит! Знаешь ли, абсолютное доверие расслабляет и, если уж совсем честно, растляет! А вот недоверие держит в тонусе и не дает совершить оплошность. Проступки в случае недоверия совершить куда сложнее, это что-то вроде поводка для амбициозной личности, способной их совершить, понимаешь?
Бьякуран с хитрой лыбой взирал на Ямамото, но мне показалось, что сказано это было мне. Я покосилась на Мукуро, который цепким взглядом смотрел на Джессо, и подумала, что вот оно. То, почему Мукуро всё время говорит о том, что ему тоже не надо доверять. Это дает ему стимул не совершить то, за что его потом смогут назвать предателем. Это не дает ему «сорваться с поводка» и «укусить» доверившегося ему. Именно поэтому он всегда говорил Тсуне, что когда-нибудь захватит его тело, хотя, возможно, он и впрямь собирался это сделать. Но ведь возможностей у него для этого была уйма, а он ни одной из них не воспользовался. А значит, чтобы не предать, ему необходимо чувствовать, что ему не до конца доверяют, знать, что, соверши он проступок, все сразу поймут, что виноват он, потому что тогда он этот самый проступок попросту не захочет совершать…
— Бьякуран-сан прав, Мукуро? — тихо спросила я. Фей на секунду нахмурился, а затем, как обычно, утек от вопроса в сторону расплывчатости и неясности, бросив на меня ехидный взгляд:
— Он верит в это, значит, для него это правда.
Ананас усмехнулся и вновь воззрился на Зефирного маньяка, а я вопросила:
— Бьякуран-сан, а зачем Вы притворились, что за мороженым идете?
— И куда ходил с утра? — добавил Дино.
— Оу, с утра я ходил звонить Антон-куну, чтобы уточнить время встречи, обговоренное нами еще вчера вечером, после того, как Катя-чан передала мне сообщение о том, что эта поездка состоится, — пояснил белый друг французских сладостей (не путать с его керамическим тезкой). — А насчет мороженого — прости, Катя-чан. Я просто хотел сделать сюрприз. Кстати, если мы не поторопимся, то рискуем опоздать на автобус: Антон-кун немного задержался, к сожалению, потому я так долго «ходил за мороженым».
Ах он гад, лишил меня мороженки. Но он няша: сюрприз удался, причем ой как замечательно удался!
— Спасибо, — улыбнулась я, и Бьякуран, одарив меня улыбочкой в ответ, встал и направился к остановке. Я с тяжким вздохом тоже поднялась, и мы всей гурьбой потопали за нашим белеющим вдалеке парусом, а меня терзал лишь один вопрос. Почему он решил помочь?.. Хотя было и еще кое-что, что не давало мне покоя, но с Джессо это уже связано не было. Я подрулила к Мукуро и тихо спросила:
— Колись, ты знал, что Бьякуран-сан что-то затевает? Потому и поехал с нами?
На пару секунд повисла тишина, а затем Мукурище раскуфуфукался и заявил:
