На кухне было пусто, тихо и до безобразия уютно. Очутившись в родной спасительной обстановке из кастрюль, раковины и плиты, я, наконец, абсолютно расслабилась и начала быстро замешивать творожное тесто для пирогов. И пофиг, кто там что говорит про «изящные блюда»: пироги царям на стол подавали, неужто Принц фиг-бей-чего круче Ивана Грозного?! Покончив с тестом и оставив его подходить, я начала готовить нашему господину «традиции превыше всего» японский салат из дайкона и моркови и «мясной батон» с ветчиной и всё тем же самым дайконом. А что, зря покупали, а Ямамото пер, как ишак, что ли? Правда, «батон» я пивом не поливала, начхав на рецепт: в этом доме пиво вот уже год как не водится, да и Хибари-сан у нас трезвенник (хорошо, не язвенник). Впрочем, если честно, я не знала, к какой кухне данное блюдо принадлежало и могла огрести по шее, ежели не к японской, но рискнуть стоило: уж больно рецепт был интересный. А на всякий пожарный я сваяла еще и немного темпуры со всё той же гигантской японской редькой и крабовыми палочками, коих у нас было в избытке. Процесс познания японской (ну, или не совсем японской, но дайконистой точно) кухни, был прерван ваянием начинки для пирогов и отправлением этих самых пирогов в духовку, после чего вновь возобновился. К семи часам пироги были готовы, а «батон» из мяса аппетитно шкварчал в духовке. Я уселась на свое законное место и начала планировать церемонию торжественного вручения треников гражданину Принцу без прописки, радуясь тому, что купили мы качественные и почти фирменные штаны, а времена темно-синих советских треников с отвисшими коленками канули в лету — такое Бэл точно бы ни за что не надел. У них ведь, у многих, даже перемычка на штанинах была, за пяточку цеплявшаяся, «чтоб не задирались»! Такого посягательства на его самостоятельность наш пафосный собрат просто бы не вынес…
— Что делаешь? — раздался у меня за спиной бодрый голос Ямамото, прервавший мои раздумья, и я, не оборачиваясь, ответила:
— Копаюсь в покупках. Ты-то не против них?
— Нет, конечно, — улыбнулся мечник и уселся слева от меня, на свой любимый стул. — Хотя, думаю, не все будут столь лояльны.
— Я бы сказала, «адекватны».
— Тоже верно, — усмехнулся подруливший Дино и сел рядом с Такеши. — Но я отношусь, вроде бы, к адекватам, так что понимаю, что брюки надо постирать. В конце концов, я свои так вообще уже давно не отправлял в чистку: некогда всё было.
— Печально сие, — протянула я. — Но ничего, у нас по средам обычно «банный день» для шмотья, так что во вторник вечером закиньте оба брюки в корзину для белья, и все проблемы будут решены. По крайней мере, вопросы чистоплотности — точно.
— Хорошо, — кивнул Дино с улыбкой. — Постараюсь не забыть.
— У тебя ранний склероз? — вскинул бровь Такеши, и мы почему-то всей толпой рассмеялись.
Начал подгребать и остальной народ: Машка вломилась на кухню в компании Тсуны и Гокудеры, с которыми она, как оказалось, встретилась на пороге дома и уже успела поцапаться с местным шовинистом и пару раз умилиться на Тсуну, кавайно красневшего от ее, прямо скажем, грубоватых подтруниваний в стиле «да что ты как баба трясешься, ты ж крутой мужик!» или «хоре притворяться слабаком, у тебя готовность врага за друзей пустить на фарш из ушей торчит». Они вообще неплохо ладили, потому как наша прозорливая Манюня углядела-таки, что Савада за друзей и впрямь порвет, как Тузик нелюбимую грелку, кого угодно, вплоть до Барака Обамы, ежели тот на Россию-матушку войной пойдет, а потому, уважая таких людей, решила, что не даст больше «Тунцу» притворяться этим самым тунцом и сделает из него «акулу» (не при Скуало будет сказано). Она у нас вообще любит впадать в крайности, а также помогать всем подряд, но только если ей эти люди импонируют…
Затем заявились Скуало и Лена, которые только что приперлись с объезда территории, во время которого, как я поняла, продолжали обсуждение оккультных прибабахов. Ленка явно вжилась в роль консультанта Варии и почти не язвила, подстроившись под манеру общения товарища капитана и выдавая лишь объективную информацию, а затем, когда он начинал разводить теории, кстати, на абсолютно адекватной громкости, включалась в обсуждение и приводила собственные доводы, дополняя слова Варийца. Идиллия, блин! А я и рада… Неужели у нашей готессы появился человек, который ее понимает? Они хоть и не во всех вопросах сходились, на многие вещи смотрели примерно под одним углом, не знаю уж, как насчет жизненных ситуаций, но вот в оккультизме — точно, а для Ленки это поважнее будет, к тому же, как она мне по секрету потом поведала, Акула Варии хорошо относилась к животным, и это добавило бонусов нашему мечнику, сбавившему тон и ставшему почти адекватным. Почему «почти»? Да потому что слово «мусор» и прочее хамство никто не отменял…
