— И как? Есть сдвиги? — без особой надежды спросила я.
— Ну… — с тяжким вздохом Такеши печально улыбнулся и, уставившись в чашку, пояснил: — Рёхей всегда был уверен в своих кулаках. Он не сомневался, что силен и победить может почти любого. Но вот с учебой у него не очень клеилось, а потому он считает себя несколько…
— Что за бред? — возмутилась я. — Он не идиот! Он знает о спорте столько, сколько никто не знает! Да и вообще, с ним болтать — одно удовольствие! Может, он и не способен в уме вычислить корень из пятнадцати тысяч ста восьми, но простая, житейская болтовня с ним — это же просто отвод души и заряд позитива на весь день! Он и интересные случаи из жизни поведает, и совет даст по части здоровья, и какой-то факт интересный приведет… Если он считает, что не способен помочь словами, то ошибается, потому как с ним время проводить просто здорово! Мне ли не знать, я с ним почти каждое утро и каждый вечер вместе! Сасагава-сан отличный собеседник!
— Правда? — раздался удивленный и растерянный голос у меня за спиной, и я, резко обернувшись, увидела Рёхея. Ой, что-то я как-то краснею, кажется…
Боксер стоял в дверях вместе с Дино и выглядел так, словно его пыльным мешком из-за угла по голове стукнули, но в то же время было видно, что он очень тронут. Ну что он, Саваду косплеит, что ли, право слово?!
— Конечно, правда, — возмутилась я, вставая. — И не смей считать, что с тобой неинтересно общаться!
— Думаешь, я смогу помочь кому-то словами? — с надеждой вопросил он.
— Естественно, — без тени сомнений ответила я.
В глазах Сасагавы загорелся огонь решимости, и он, сжав кулаки и чуть ли не к носу их подняв, проорал:
— Тогда я экстремально помогу кому-нибудь словами и вернусь к Киоко! Я это сделаю!
— Молодец, — улыбнулась я. — Конечно, сделаешь, главное — настрой!
— Точно! Мы, боксеры, не сдаемся! — уверенно кивнул Рёхей, я с довольной улыбкой кивнула в ответ и, тиснув со стола контейнер суши, подмигнула Ямамото и умчалась с воплем:
— Всем приятного аппетита!
Не желая нарываться на расспросы, я бегом добежала до оставленной в кладовке сумки, припрятала туда суши и, не сбавляя скорости, помчала в конюшню. А то, излови меня по дороге Маня, вопросов было бы не избежать… Я оседлала Торра и, запрыгнув в седло, сразу перешла в галоп. День выдался, к счастью, довольно жаркий, и замерзнуть на бережку моему вождю не грозило. Уже плюс, потому как в воде он точно окоченеет, если только он не йог и не способен замедлять или убыстрять жизненные процессы организма и, шляясь по углям, не чувствовать жара, а ныряя в прорубь — холода. Хотя откуда в Намимори прорубям взяться?.. Стоп, зима у них есть, снег тоже бывает, припоминаю серию о том, как они в снежки играли, значит, и проруби могли быть. Вот только сомневаюсь, что Глава всея Намимори в них нырял… Он вряд ли «морж» — он ёжик, да… шипастый.
Доскакав до леса, я спешилась, привязала Торра к ветке дерева и, потрепав его по ушам и дождавшись возмущенного фырканья, бегом, с сумкой наперевес, кинулась к заводи. Деревья, как обычно, навевали мрачные мысли недоступностью дневного светила, а воздух, не прогретый им, приятно холодил распаренную от бега кожу. Домчавшись до заводи, я затормозила и огляделась, но, никого не обнаружив, разочарованно застонала и уселась прямо на камни. Оставалось лишь ждать, а уж когда Хибари-сан явится — если вообще явится — было неизвестно, и меня это дико напрягало. Ну не люблю я ждать, не люблю… Тем более, когда занять себя нечем, пока ждешь. Но блин, как же мне любопытно, что это за шары! И как же я жду выяснения истины о них… Но сумеем ли мы эту тайну раскрыть — большой вопрос.
— Травоядное, поднимайся, — прервал мои печальные думы голос Главы Дисциплинарного Комитета. Я подскочила и глянула на часы. О как. Я всего две минуты в гордом одиночестве просидела.
— А я думала, мне Вас ждать придется, — заявила я, отряхивая комбинезон. Ну и что, что я на камнях сидела? Они тоже не стерильны, хоть песок ко мне и не прилип за неимением в опасной близости такового…
— Я давно здесь, с самого утра, — холодно бросил наш комитетчик и подрулил к воде. — Я здесь почти каждый день с тех пор, как обнаружил этот камень.
Вау, откуда такая откровенность? Луна не в ту фазу зарулила, что ли, или Марс с Юпитером в иной дом перекочевали? Так, отставить астрологию. О чем бишь я?
— А я Вас не заметила, — пробормотала я, начиная выуживать из сумки полотенца. — Извините.
— Я поднимался вверх по реке, — флегматично ответил он.
— Искали нечто подобное? — обнаглела я.
— Что-то вроде, — поморщился Хибари-сан и, обернувшись ко мне, заявил: — Травоядное! Я надеюсь, никаких лишних вопросов ты задавать не станешь, иначе…
— Не стану, не стану, — перебила его я. Что-то мне как-то про «божественную кару» и «загрызание до смерти» слышать не охота. — Только по делу.
