Но вернемся к Вадиму и тому, почему это эксцентричное существо не воспринималось как гейский гей даже в столь нелепой одежке. Всё дело было в том, что от него, при всей его жеманности, веяло уверенностью и силой, и это настораживало, прогоняя мысли о том, что он похож на женщину и ведет себя не по-мужски, потому как, несмотря ни на что, Шалина-младшего всё же с чистой совестью можно было назвать мужиком. Эксцентричным, пафосным, чересчур любящим театр и эпатаж, но мужиком.
— День добрый, — с не предвещавшей ничего хорошего хитрой улыбочкой протянула Катя. — Как раз мечтала Вас увидеть, чтобы вопрос о моде задать.
— О, спрашивай же, дорогая моя, я весь твой! — пропел Вадим и, посмотрев на часы, уточнил: — Ровно на девять минут и двадцать три секунды, а потом у нас встреча с мсье Крапивиным. Итак? Я так жду твоего вопроса, я так заинтригован, надеюсь на этот раз ты внемлешь моим советам и купишь нормальное платье, а не столь неактуальный черный брючный костюм, как этот, хотя алый галстук я могу похвалить: красный — это очень хорошо. Ну, так где же вопрос?
«Ты его задать-то дай», — мысленно прокомментировала я, усмехнувшись, а Катерина с хитрым прищуром заявила:
— Коко Шанель говорила: «Мода, которую можно увидеть только в гостиных, это не мода, а костюмированный бал. Моду нельзя называть модой, если ее не носят на улице». Как Вы думаете, а театрализованные костюмы, в которых выходят в свет — это модно, или это лишь театр?
— О-хо-хо, дорогушечка моя ненаглядная! — рассмеялся, приблизив левую руку тыльной стороной ладони к губам Вадим и, продолжив театрально кривляться, заявил: — Как бы человек ни одевался, он просто обязан быть индивидуален, а не следовать слепо всем веяниям моды, хотя и против нее идти — огромная глупость! И кто бы ни сказал тебе, моя неоформившаяся досочка, если ты наденешь что-то экстравагантное, но в целом соответствующее тенденциям моды, что ты просто клоун, смело продолжай цитировать величайшую женщину всех времен и народов и отвечай: «Мне наплевать, что вы обо мне думаете. Я о вас не думаю вообще». И это будет самый наивернейший ответ из всех! Но лишь в том случае, если ты следишь за собой, и наряд твой — не убогое подобие одежды, противоречащее всем нынешним модным веяниям! А эксцентричность наряда лишь привлечет к тебе внимание столь же неординарных и ярких личностей, что и ты, обладательница изумительного костюма, напоминающего театрализованный, но я надеюсь, что эти люди будут отличаться от тебя тем, что будут сведущи в моде и будут разбираться в современных ее тенденциях!
Ого, а Вадим не только не дурак, что он доказал еще в прошлый раз, но и остер на язычок! Он, фактически, Катьку сейчас обломал по всем фронтам, всё с тем же видом лектора в институте моды и выражением лица: «Я у мамы дурачок». Он очень хитрый, очень умный и очень быстро соображает, даже быстрее, чем тараторит, а ему ведь можно рэп читать — уверена, у него отлично получится…
— Приму к сведению, спасибо за совет, — усмехнулась ничуть не расстроенная Катя. — Всё же Мария Эбнер-Эшенбах не зря говорила: «Если мода сделалась общей, значит, она отжила».
— О, эта безумно мудрая женщина также сказала: «Даже самые суровые порицания не ранят, если чувствуешь, что порицающему было бы приятней хвалить». Так что одевайся эксцентричнее, моя серая мышка, и позволь же мне побыть твоим гидом в мире моды! Или твоей сестрички: она явно куда больше разбирается в нынешних тенденциях модной индустрии!
О нет, и на мою улицу ступил Армагеддон… Я с видом «да мне пофиг, хоть ламбаду в костюме человека-паука и с пером на голове спляши» воззрилась на это чудо, правда, без перьев на сей раз, и оно поспешило одарить меня «ценными» комментариями:
