Кацураги Тендо снова отправляется в командировку. В Россию! И на этот раз от его действий зависит судьба всего мира... Только как избавиться от смертельного вируса, когда коллеги постоянно вставляют палки в колёса?
Сайка ещё не проснулась, а я всё ещё ходил по квартире взад-вперёд, напрочь ошарашенный произошедшим. Теодор Гебреус не стал рассказывать подробности. Всю информацию он изложил кратко и тезисно.
Судя по всему, финальная схватка с «Фебрис-12» произойдёт на территории России. И в ней примут участие сразу все члены группы «Двенадцать». Даже те, кто за этот регион не отвечает. Другими словами, Россией займёмся не только мы с Игорем Щербаковым, но и господа с остальных континентов.
И этот факт меня даже немного напрягает. Уж больно нехорошо начали себя вести Родригес с Шепардом. Они ставят под удар всю нашу командную работу. Причём, как назло, именно в тот период, когда от наших действий будет зависеть всё. Если тот же Родригес в ответственный момент испортит процесс нашей борьбы с «Фебрис-12», это может привести к катастрофе.
Странно, что генеральный директор «ВОЗ» так до сих пор и не рассмотрел моё сообщение. Мы сильно рискуем из-за того, что в команде начинается такой разлад.
После окончания конференции Теодор Гебреус сообщил, что в течение ближайшего часа нам пришлют электронные билеты на самолёт до Владивостока. Всю транспортировку будет оплачивать «ВОЗ», там нас встретят, а куда повезут после — вопрос. Эту тему раскрывать не стали. Возможно, её по какой-то причине решили скрыть даже от нас.
Ведь нам на этой конференции, несмотря на обилие вопросов, до сих пор так и не сообщили, где конкретно обнаружили самый крупный осколок метеорита. Но, раз мы летим во Владивосток, очевидно, что основной очаг находится где-то на востоке России прямо на территории, за которую я отвечаю.
Однако перед отъездом я должен разобраться с Кацураги Казумой. Я пообещал дяде, что помогу двоюродному брату. Хотя и без обещания обязательно сделал бы это.
Вот только кроме перелёта и встречи с Казумой у меня есть ещё масса других проблем. Нужно объяснить ситуацию Сайке и остальной семье, организовать работу своей частной клиники и выяснить, как лучше поступить с «Ямамото-Фарм».
Я ведь не знаю, на какое время мне придётся покинуть Японию. Возможно, имеет смысл уволиться вместо того, чтобы уходить в отпуск, который продлится чёрт знает сколько. «ВОЗ» может попросить главного врача оформить мой отъезд как командировку, но это лишь моё предположение. Ещё на самой первой встрече с Гебреусом в Австралии генеральный директор предупредил нас, что в какой-то момент нам, возможно, придётся уволиться с наших текущих рабочих мест. И, вероятно, такой момент настал.
Пытаясь состыковать все эти пункты в своей голове, я вновь взглянул на спящую Сайку и понял, каким стрессом может оказать для неё мой отлёт. Я ведь фактически сбегаю в другую страну сразу после свадьбы.
Это хорошо ещё, что мне удалось разобраться с ускоренным ростом плода всего три дня назад. В противном случае мой вылет мог бы поставить её здоровье и нашего будущего ребёнка под угрозу.
Я быстро покидал минимум своих вещей в чемодан, затем добрался до тайника с артефактами и принялся думать, что мне стоит взять с собой.
И трактат «Кэйтэки-сю», и компас, и танто могут мне пригодиться в России. С трактатом и компасом проблем не возникнет, а вот пронести танто вместе с багажом — это очень большая проблема. На него придётся составлять специальную декларацию, ожидать разрешение на вывоз. И даже если мне позволят взять с собой холодное оружие, в перевозку может упереться другой закон.
Не уверен, как это работает в Японии, но во многих странах, если такой предмет имеет историческую ценность, может потребоваться разрешение министерства культуры. А у меня меньше суток до вылета. Гебреус сказал, что покинуть свои страны мы должны уже сегодня.
Что ж, очевидно, танто придётся оставить. И я даже знаю, как лучше поступить, чтобы он не валялся без дела в моей служебной квартире.
Я прошёл на кухню и набрал номер Рэйсэя Масаши. Хирург не отвечал мне минут пять, но моя настойчивость дала свои плоды.
— Да… Алло, Кацураги-сан? — простонал он. — Сколько сейчас времени? Разве вы не должны быть со своей супругой?
Голос у Рэйсэя был уставшим. И я догадываюсь почему. Скорее всего, мои родственники и коллеги праздновали практически до утра. Ради этого мне пришлось закрыть первый филиал клиники на одни сутки. Сегодня весь удар на себя принимают специалисты из корпуса, что располагается через дорогу.
Очевидно, хирург уснул несколько часов назад, поэтому едва соображал, что я пытаюсь до него донести.
Я тут же схватил артефакт «компас», направил на Рэйсэя дистанционный поток лекарской магии и быстро привёл его в порядок. Странно, что он сам не додумался ещё вчера себя «очистить» от излишеств праздника.
— Рэйсэй-сан, слушайте меня внимательно. Начиная с завтрашнего дня вы становитесь временно исполняющим обязанности главного врача клиники «Кацураги», — заявил я. — Под вашим контролем будут находиться оба филиала.
— Погодите-погодите, Кацураги-сан! — перебил меня он. — Вы чего, сами ещё протрезветь не успели? Какой временно исполняющий? Какой главный врач? Что вы несёте?
