Вышел я из медеварного комбината и на почту. Отстучал на фабрику телеграмму: так, мол, и так, купите на первое время моток ниток на барахолке, чтоб пар десять сшить срочно. Потом пошел в садик, разложил стопочкой командировочные, проездные билеты и стал подсчитывать суточные.
Оказалось, прибыльная эта штука, командировки.
Я заказал валенки для трехлетнего Алеши.
По случаю в августе на барахолке купил черной шерсти и отнес в мастерскую.
Принимал заказ сам мастер. Он оглядел маленький тюк, помял, зачем-то понюхал и сказал:
— Так. Шерсть, значит. Для валенок.
Я утвердительно кивнул.
Мастер спросил домашний адрес, фамилию, имя, отчество, все это записал в тетрадку, занес в квитанцию. На квитанции в графе «Срок готовности» разборчиво нацарапал: «В декабре».
В декабре я зашел в мастерскую, показал квитанцию. Приемщица долго копалась в книгах, тетрадях, лазила по мешкам с шерстью. Наконец, отчаялась и крикнула:
— Филиппыч! Иди сюда! Клиент пришел!
С колодкой в руке, при фартуке, весь пропахший овечьим по́том, появился Филиппыч. Он сощурился, глядя на свет и на меня…
Приемщица протянула ему квитанцию.
— А-а, — сказал Филиппыч, — помню, помню. Шерсть белая?
— Нет, черная.
— Ага, черная. В мешке с заплаткой.
— Нет, в черной тряпке.
— Точно. Белой веревкой перевязана.
— Нет, тряпка по углам связана.
— Такого заказа не помню. Но вы не беспокойтесь. У нас учреждения точная. Найдем — сделаем. Твердо говорю. Зайдите через месяц.
Я зашел через месяц, потом другой, третий… Каждый раз сцена повторялась с некоторыми вариациями.
А потом наступила весна… лето.
Через год потребовался другой размер валенок, я купил их в магазине и о заказе совершенно забыл.
…Сегодня 31 декабря, и у меня большая радость. Женится мой сын Алешка.
Справляем свадьбу. В доме полно гостей. Веселье в самом разгаре.
Часу в двенадцатом ночи меня вызывают на лестничную площадку. Стоял небольшого роста старичок с седыми усами и бородкой в детскую ладошку. Гости уже снимали с него пальто. Старичок отбивался как мог и все приговаривал:
— Мне Петрова надо… я по делу… Петрова мне…
— Я Петров.
— А это точно? Паспорт давай.
— В чем дело-то?
— Паспорт покажь, говорю. Принесли паспорт.
— Теперь точно! — Старичок, осмотрев документ, вытащил из-за пазухи маленький сверток. — Получай заказ.
Я взял сверток, развернул… О небо! То были выполненные с изумительным мастерством валенки. Крохотные, с острым носочком, пяточкой… как сувенир. Гости выхватили их у меня и ринулись в комнату.
— Алеша, Вера! Вам еще подарок! Валенки для малышки. Смотрите, какие чудесные!
— Вот так, дорогой товарищ, — говорил тем временем старичок. — Попрошу расписаться в получении. Наша учреждения точная. В ней ничего не пропадает, сказано в декабре, — получите в декабре…
В учреждение поступила жалоба:
«У нашего дома у забора отторгнута доска. Прошу прибить это безобразие. К сему пенсионер Матушкин».