Чед. Мне кажется, я опять срываюсь.

Доктор Иствуд. Что случилось?

Чед. Я принимаю лекарства, но у меня появляются всякие мысли и прочие симптомы.

Доктор Иствуд. Мысли о чем?

Чед. Например, о прошлом. О моем отце, его смерти и прочем.

Доктор Иствуд. Как ваше настроение, Чед? Есть изменения?

Чед. Да, больше злюсь, становлюсь ворчливым, кричу на детей. Я уже не знаю, хочу ли жить с семьей.

Доктор Иствуд. Как вы спали последние несколько ночей?

Чед. Более или менее, но не очень; долго не могу заснуть. Долго ворочаюсь в постели и все такое. Мысли бегут с бешеной скоростью. Кровать кажется неудобной.

Доктор Иствуд. Похоже, действительно что-то происходит. Что-нибудь еще, что мне нужно знать? Вы думаете о том, чтобы причинить себе вред? Чувствуете ли вы, что вам нужно в больницу?

Чед. Нет, еще нет. Просто расстроен. Я злюсь и не могу уснуть.

Доктор Иствуд. Как обстоят дела с вашими лекарствами?

Чед. Утром я пропустил прием лития, принял его в тот же день.

В данном случае доктор Иствуд провел экспресс-анализ и пришел к выводу, что Чед, возможно, находится в продромальной фазе маниакального или смешанного эпизода. На этой стадии обострение у Чеда можно лечить амбулаторно, что доктор Иствуд и сделал, скорректировав дозу лития и добавив небольшую дозу антипсихотического препарата. Анализ крови показал, что уровень лития в организме Чеда низок, хотя он говорил, что принимал лекарство относительно регулярно. Эти изменения в схеме приема лекарств помогли ему и одновременно не привели к новым побочным эффектам. В течение недели мания Чеда перестала нарастать, депрессия утихла, он начал возвращаться к своему исходному состоянию.

Чед хорошо описал свои продромальные симптомы. Доктор Иствуд направлял беседу и помог откорректировать схему приема лекарств. Он держал ситуацию под контролем и не давал Чеду сбиться с пути. Доктор Иствуд не стал обсуждать по телефону психотерапевтические вопросы, например отношение Чеда к отцу или его нынешней семье. Если вы звоните в экстренном случае, то стоит ожидать, что врач не будет проводить психотерапевтический сеанс. Возможно, это вас расстроит, поскольку, с вашей точки зрения, некоторые личные вопросы важны для объяснения ваших симптомов. Многие, как и Чед, считают, что их маниакальные симптомы вызваны чувством утраты. Но срочный звонок врачу нужен в основном для того, чтобы оценить необходимость смены лекарств или, в крайних случаях, госпитализации. Когда симптомы улягутся, психиатр (или ваш амбулаторный психотерапевт) поможет вам разобраться в том, как нынешние или прошлые стрессы либо потери способствуют колебаниям настроения.

«Что делать, если отношения с лечащим врачом не складываются?»

Роберту, о котором шла речь в начале этой главы, не очень нравился его врач, и он нечасто его посещал. Возможно, поэтому польза от этих визитов оказалась не такой большой, как могла бы быть; они не предотвратили маниакальный эпизод. Если бы он лечился у врача, с которым смог бы наладить доверительные отношения, очный прием можно было бы организовать быстрее и с более убедительными результатами.

Не всем удобно звонить врачу в экстренных случаях, а во время маниакального обострения любой дискомфорт обычно преувеличивается (поскольку большинство эмоций усиливаются). Одна из моих клиенток, Холли, давно не ладила со своим врачом. Она не раз звонила доктору Нельсону, когда чувствовала, что ее состояние быстро меняется. Как правило, тот не перезванивал ей. Она подумывала о смене врача, но не была уверена, что приложила все усилия для того, чтобы наладить отношения.

Перейти на страницу:

Все книги серии МИФ. Психология

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже