— Нет, Тони, — не моргнув глазом соврал он и снова наклонился ко мне. — Невинный ягненочек, которому приспичило играть с огнем. — Джоуи втолкнул меня в спальню и оттеснил к кровати. — Поэтому завязывай меня доставать. А иначе... — Он схватил меня за бедра и в буквальном смысле швырнул на постель. Потом завел мне руки за голову и, прижав меня к матрасу, почти что лег сверху. — А иначе я сам тебя достану.
— Уяснила? — Выпустив мое запястье, Джоуи ласково взял меня за подбородок и повернул к себе лицом. — Мир?
— Уяснила, — в полуобморочном состоянии кивнула я, задыхаясь. — Мир.
— Умница.
Я злобно сощурилась:
— Мудак.
С победной ухмылкой Джоуи выпрямился и поспешил к отцу на подмогу.
На ватных ногах я побрела к двери и, с грохотом захлопнув ее, перевела дух.
— Вот скотина!
Ну и что это сейчас было?
Спустя пару часов утомительного самокопания и бесцельного шатания я устроилась на полотенце в палисаднике — позагорать и насладиться непривычно теплыми деньками. Наш песель улегся рядом со мной в траве.
Я еще не отошла от стычки с Джоуи, но больше пересечься с ним не удалось — отец отправил меня на первый этаж и велел не путаться под ногами.
Все утро я торчала на пороге раскуроченной ванной, отпуская ехидные комментарии по поводу ремонта и издеваясь над любимым папиным помощником. Наконец терпение у отца лопнуло, и он выпроводил меня вниз.
А все Джоуи! Он нарочно меня провоцировал — внешностью, острым языком. Но разве отцу объяснишь?!
Выдворенная из собственной комнаты за то, что, цитирую, «отвлекаю бедного парня», я гордо удалилась в садик, прихватив с собой пса.
— А ты как считаешь, Клубень? — Я наклонилась и потрепала песеля по загривку. — Разве я похожа на ягненка?
Клубень — помесь боксера и еще как минимум трех пород — довольно заурчал и, перекатившись на спину, задрыгал лапами.
— Вот именно, — проворковала я, почесывая его за ухом. — Разве ягненок так почешет? А Джоуи просто олень.
— Совесть есть? — На меня упала длинная тень и заслонила солнце. — У меня, вообще-то, гости.
— И?.. — проворчала я, пытаясь отпихнуть от себя брата.
— Я пытаюсь поиграть в рестлинг на ПК. — Кевин пнул меня. — А мои друзья постоянно шныряют вниз за водичкой.
— Не смей трогать меня своими грибковыми лапами. А моя какая печаль, если у твоих приятелей сушняк?
— Это не грибок, а микоз, — огрызнулся Кевин. — И ходят они не за водичкой, а поглазеть на тебя, овца.
Я сняла солнцезащитные очки и, приподнявшись на локтях, сердито уставилась на тщедушного братца:
— Не смей называть меня овцой, баран!
— Ифа, прекращай. Лучше перебирайся в дом.
— Нет, Кев, не лучше. Дома не загорают, — отрезала я, поправляя бретельку желтого бикини.
— Хотя бы прикройся.
— Одетыми тоже не загорают, Кев.
— Ифа, ну пожалуйста, — заныл он. — Не позорь меня. Либо иди в дом, либо оденься.
— Часто в Ирландии удается позагорать? — поинтересовалась я у брата-двойняшки.
Пускай мы девять месяцев зрели в одной утробе, но общего между нами почти не было, настолько мы получились разными.
— Правильный ответ — нечасто. Практически никогда. И потом, меня выперли из комнаты, чтобы я не мешала отцу с Джоуи делать ремонт в ванной.
— Опять папа приволок его к нам, — проворчал Кевин. — Мог бы и меня попросить помочь.
— Не смеши людей. Ну какой из тебя мастер?
— Если меня научить, вполне себе нормальный, — огрызнулся Кевин. — У меня отличные задатки, я все схватываю на лету, в отличие от этого тупорылого козла.
— Не смей называть его тупорылым! — процедила я, готовая порвать брата на клочки. — У него мозгов больше, чем у тебя и всех твоих друзей-задротов, вместе взятых.
Кевин презрительно фыркнул:
— Да уж, накачиваться через день наркотой — верх гениальности.
Я поспешила встать на защиту Джоуи:
— Подумаешь, курит человек травку. Невелика беда. В нашей параллели многие балуются. Это еще не делает его плохим человеком.
— И хорошим тоже, — не остался в долгу брат. — Почему ты вечно его защищаешь?
— Потому что он мой друг.
— Серьезно? А ты в курсе, что твой друг торчит кое на чем поинтереснее травки?
— Тебе-то откуда знать?
— Оттуда. Не забывай, я с вами в одной параллели и вижу, что творится вокруг.
— В классе ботанов-то видишь? — фыркнула я. — Конечно, Кев, тебе все докладывают. Ты же у нас мистер популярность.
— Думаешь, внешность и развязные манеры помогут тебе в жизни? — гаденько захихикал брат. — Мне очень жаль, но ты ошибаешься.
— О, забурлило говно, — ухмыльнулась я. — А свою жалость засунь куда подальше, дорогой братец, ибо меня ждет блестящее будущее.
— Заблуждаешься, Ифа. Это меня ждет блестящее будущее и успешная карьера. Твой единственный шанс выбраться из нашего захолустья — подцепить богатого жениха, сама ты ничего не добьешься. Мой тебе совет — не упусти Райса. Ничего лучшего тебе все равно не светит.
— Да-да, только отвали, придурок.
— Это правда.
— Кончай меня бесить, иначе сниму лифчик и устрою твоим друзьям-задротам грандиозное шоу.
Кевин прищурился:
— Кишка тонка.
— А ты рискни. — Я медленно потянулась к завязкам на купальнике. — Говорят, у меня острые соски.
