— Ты меня разочаровываешь, Джоуи, — завела миссис Фолви. — Я надеялась, после каникул ты возьмешься за ум и твое безобразное поведение останется в прошлом. Новый учебный год, возможность начать с чистого листа и все такое. Но не прошло и месяца, а ты снова подрался.
— С кем? — Я растерянно поскреб затылок.
— С Маркусом Шортеном.
— С каким еще Маркусом?
— Из школы в Килкоке, — процедила куратор. — Припоминаешь?
Я заморгал.
— Ты сломал ему палец, Джоуи, — вздохнула она. — Клюшкой. Целенаправленно.
— Когда?
— В прошлую пятницу. Мать Маркуса звонила сегодня в школу. Скандалила. Она собирается вынести этот вопрос на комиссию.
— А, вот вы о чем, — пробормотал я, смутно припоминая стычку на поле, когда играли наши школы. — Его мамаша правда звонила?
— Звонила. И громко возмущалась.
— Это была не драка, — фыркнул я.
Куратор прищурилась:
— Правда? А что тогда?
— Небольшое разногласие.
— Это, как ты выразился, небольшое разногласие обеспечило тебе первое взыскание! — рявкнула она. — Поздравляю. — Она издевательски зааплодировала. — Что-нибудь скажешь в свое оправдание?
— Ага. В пятничном матче мы победили. А я стал лучшим игроком.
Комбезы и шпильки
— Всего пятьдесят евро, пап, — канючила я в четверг после школы. — Причем на благое дело.
— С каких пор новые туфли стали благим делом?
Я пожала плечами:
— Ты бы предпочел, чтобы я соврала, что пожертвую их бедным?
— Ифа!
— Папа, ну пожалуйста. В последний раз. Клянусь, что больше ни о чем тебя не попрошу.
— Ровно до тех пор, пока тебе не понадобится новая юбка к туфлям. Знаем, плавали, — хмыкнул отец.
— Справедливо. Но мне очень-очень нужны эти туфли. Они идеально сочетаются с костюмом, который я собираюсь надеть на Хеллоуин.
— А мама что говорит?
Я закатила глаза:
— Ты же знаешь маму.
— Если мама против... — нахмурился отец.
— Да ладно тебе, пап. — Я скорчила умильную мордашку и достала из рукава главный козырь. — Кеву покупают игры для компа по первому щелчку. Сразу видно, кто в семье любимчик, а кто на вторых ролях.
Из-под машины, к которой я прислонилась, донесся смех. Я грозно зыркнула на источник звука, который распростерся под днищем на подкатной тележке — только ноги торчат.
— Ифа, не говори ерунды, — вздохнул папа. — Мы любим вас обоих одинаково.
— А мне всего лишь нужны туфли. — Я жалобно всхлипнула. — Ну пожалуйста.
— Ты и мертвого достанешь, — проворчал папа, вытирая руки о промасленную тряпку. — Ладно, сейчас принесу из конторы кошелек.
— Папочка, ты лучший! Обещаю, что никогда не сдам тебя в дом престарелых, — проворковала я, бросаясь к нему на шею. — А с кошельком не затягивай, — добавила я, подталкивая отца к двери. — Туфли остались в единственном экземпляре, а Даниэла Лонг вьется вокруг них коршуном.
Едва отец скрылся из виду, я занялась Джоуи.
Расставив ноги по бокам от тележки, я наклонилась и, ухватив Джоуи за шиворот комбинезона, рывком выкатила наружу.
— Совесть есть? — скривился он. Его бейсболка была надета задом наперед, физиономия перепачкана машинным маслом. — Я, вообще-то, работаю.
— «Совесть есть»? — передразнила я, подбоченившись. — Ты своим ржачем чуть мне все не испортил.
— Ну ты и нахалка! — захохотал он. — Обдурила родного отца. Самой не стыдно?
— Вынужденная мера, — фыркнула я, не испытывая ни малейшего смущения. — Поверь, эти туфли того стоят.
— Туфли, — поморщился Джоуи. — А потом удивляешься, почему нам не по пути.
— Кто бы говорил, любитель спускать деньги на травку, — парировала я. — Увидишь меня в этих туфлях, сам все поймешь.
— Если они смотрятся так же клево, как и твои желтые стринги, готов взять свои слова назад, — согласился Джоуи, демонстративно заглядывая мне под юбку, подол которой оказался на уровне его глаз.
— А ты не пялься.
— А ты отойди.
— Фигушки! — выпалила я, чувствуя, как щеки заливает краска. — Мне стыдиться нечего.
— Мне тем более.
— Ты заглядываешь мне под юбку!
— А ты суешь киску мне в лицо.
У меня дух захватило от возмущения.
— Да как у тебя язык повернулся!
Хмыкнув, Джоуи попытался закатиться обратно под автомобиль.
— Ну уж нет! — Я решительно застопорила тележку ногой. Так просто он меня не переиграет. — Значит, тебе нравится желтый?
— С недавних пор это мой любимый цвет.
— Серьезно?
— Серьезнее некуда, Моллой.
— Какое совпадение — обожаю желтый.
— На тебе он смотрится просто потрясно.
— А если снять, будет еще лучше, — промурлыкала я. — Говоришь, нам не по пути, но, может, все изменится, если я сяду к тебе на коленки? Попробуем? Вдруг у нас найдутся точки пересечения, Джо?
— Ну так присаживайся, проверим.
— В-в смысле? — Совершенно ошарашенная его недвусмысленным подкатом, я нахмурилась. — Ты чего творишь?
— А ты?
— Ты со мной заигрываешь.
— Ты тоже.
— Не сравнивай. Я всегда с тобой заигрываю.
— Считай, я решил сменить тактику, — ухмыльнулся Джоуи.
— На флирт?
