Линчи: Твой косяк? В смысле? Ты что мне дал?
Холланд: Снежок с сюрпризом. У меня есть постоянный клиент, ему за полтинник, регулярно отоваривается этой фигней.
Линчи: С каким еще сюрпризом?
Холланд: Силденафил.
Линчи: А конкретнее?
Холланд: Дешевый аналог виагры. Если смешать с коксом, башню рвет капитально.
Линчи: Твою ж мать! Мне еще сегодня играть!
Холланд: Расслабься, через пару часов оклемаешься.
А пока кайфуй.
Холланд: Правда, игра может накрыться.
Холланд: А еще лучше, найди себе телку и трахни ее хорошенько.
— Сука, — прохрипел я и зажмурился, пока разгоряченный мозг переваривал информацию.
— В чем дело? — суетилась перепуганная Моллой. — Что не так?
Вместо ответа я швырнул ей телефон и закрыл лицо руками.
— Ты смешал средство от импотенции с кокаином? — взвизгнула она. — Совсем мозгов нет?
— К твоему сведению, я здесь ни при чем!
— Ага, только твой член сейчас лопнет. Его даже домкратом не опустить, Джо! — Она укоризненно покачала головой и, перечитав сообщения, уронила телефон на матрас. — Сразу предупреждаю: даже не надейся сунуть сюда, — кивнула Моллой на свой пах, — свою Пизанскую башню.
— Никто и не надеется.
— Ну конечно, — фыркнула она, указывая на головку пениса. — Представляю, как ты мучаешься. Мне самой больно смотреть на...
— Моллой.
— Ладно-ладно. — Она примирительно подняла руки. — Молчу.
— Не возражаешь, если... — Я судорожно вздохнул и, сгорая от стыда, выдавил: — Не возражаешь, если я воспользуюсь твоим душем?
— Зачем тебе в душ? — с недоумением нахмурилась Моллой, но тут же осеклась, наткнувшись на мой красноречивый взгляд. — А, ясно, — пробормотала она, покраснев. — Душ. Ну разумеется, иди.
Она спрыгнула с кровати и стащила с меня брюки и трусы.
— Встать сможешь?
— Да, — простонал я, — только, бога ради, не нагибайся.
— Блин, прости, пожалуйста.
Чтобы не смущать меня, Моллой отошла к комоду и отвернулась, но оглядывалась она едва ли не каждую секунду.
— Извини, что так вышло, — пробормотал я, поднимаясь.
— Забей. — Она пожала плечами и принялась перебирать стопку валентинок на комоде. — Занятный у меня выдался День влюбленных.
— Да уж. — Полностью обнаженный, я направился к двери, чувствуя себя гребаным нудистом. — Моллой?
— Чего?
— Ключ. — Уткнувшись лбом в деревянную створку и еле сдерживаясь, чтобы не застонать, я процедил: — Ключ у тебя.
— А, точно. — Моллой метнулась к порогу и, пошарив в лифчике, выудила ключ. — Дать тебе мыло? — предложила она, сверкая полуголой задницей, от вида которой темнело в глазах. — Или какой-нибудь журнальчик?..
— Не надо! Просто открой дверь.
— Как скажешь.
Перемирие
Пятьдесят восемь минут.
Ровно пятьдесят восемь минут не выключался душ.
Джоуи потребовался почти час, чтобы усмирить одноглазого змея.
Еще через десять минут он появился на пороге кухни — полностью одетый, с торчащими в разные стороны волосами, пунцовой физиономией и полотенцем в руках.
— Спасибо.
— Ну как? — хихикнула я, переворачивая на сковороде гренки. — Полегчало?
— Очень смешно, — огрызнулся он, не удержавшись от улыбки.
Значит, не злится, уже неплохо.
— Крепость пала?
— Со скрипом, — хищно оскалился Джоуи. — Хотя я боялся, что придется ехать в больничку.
— Забавная бы получилась поездка, — фыркнула я, выключая плиту и раскладывая гренки по тарелкам. — Пришлось бы вызывать такси с прицепом, в обычную тачку твой причиндал не поместился бы.
— Ты теперь будешь стебать меня до конца жизни?
— Почему нет? — развеселилась я и протянула ему тарелку с моим кулинарным шедевром. — Угощайся.
— Сама приготовила? — удивился Джоуи. — Однако!
— Мне очень повезло с напарником на домоводстве, — ответила я, устраиваясь за столом. — Он, конечно, сволочь, но в готовке шарит.
— А этот напарник на домоводстве, — начал Джоуи, усаживаясь напротив, — он твой друг?
У меня екнуло сердце.
— Был когда-то.
— Был?
Я кивнула и, откинувшись на спинку стула, впилась зубами в гренку.
— Причем лучшим другом.
— А что изменилось?
— Мы поссорились.
— Серьезно?
— Ага. Он разбил мне сердце.
Во взгляде Джоуи мелькнула паника.
— Моллой!
— Шутка.
Со вздохом облегчения он проглотил мою ложь.
— Насколько мне известно, твой напарник на домоводстве очень переживает из-за случившегося.
— Да неужели?
— Ага. Он очень скучает по своей подруге.
У меня закололо в груди.
— Еще бы. Она клевая.
Джоуи только ухмыльнулся.
— Он хочет, чтобы она вернулась.
— А она никуда и не уходила, — судорожно сглотнула я. — Просто взяла паузу.
— Вот и отлично. Если она его не простит, он здорово огорчится.
— Правда?
Зеленые глаза смотрели на меня в упор.
— Правдивее некуда.
Я перевела дух и протянула через стол раскрытую ладонь:
— Отличный ход.
Джоуи уставился на мою ладонь и медленно накрыл ее своей.
— У тебя вообще все отличное.
Я буду с тобой
Задержав дыхание под водой, я вцепился в раковину и замер. Скоро легкие вспыхнули огнем, мысли спутались.
Однако в последний момент гребаный инстинкт самосохранения, заложенный в каждом из нас, заставил меня вынырнуть.