Спасти 6-го полностью

— Он получил по заслугам. — Пол презрительно скривился и посмотрел на меня с нескрываемым отвращением. — И ты тоже, шлюха.

— Шлюха? — У меня вырвался мрачный смешок. — Слава богу, меня не угораздило лишиться с тобой девственности.

— Действительно! — взорвался Пол. — Ты ведь приберегала ее для Линча. Не давать своему официальному парню четыре года, а потом раздвинуть ноги перед сраным нариком!

— Пол, не позорься...

— Он трахнет тебя меньше чем через неделю, — яростно вращая глазами, выплюнул Пол. — А потом вышвырнет. Как Даниэлу и остальных. Наиграется и бросит, а когда это случится — а оно случится! — и ты приползешь обратно ко мне, даже не надейся, что я тебя прощу.

— Да я скорее уйду в монастырь, чем позволю тебе прикоснуться ко мне, утырок! — крикнула я ему вслед.

— Какая досада, — фыркнул Пол поверх плеча, уверенным шагом двигаясь к «тойоте» брата. — После Джоуи Линча тебя даже в монашки не возьмут.

Волевые девушки

и слабеющая воля 28 января 2004 года Джоуи

Изначально за драку с Майком Малони меня наказали недельным отстранением от занятий. Однако стоило директору пронюхать про мой арест, неделя переросла в месяц.

Получив очередное предупреждение от полиции и крупный нагоняй за драку с Полом Райсом, я был освобожден от уроков до середины февраля. В школу мне было велено возвращаться другим человеком или не возвращаться вовсе.

В задницу их всех.

Пусть подавятся своей школой.

Обратно меня совершенно не тянуло.

Все равно там одни мрази и лицемеры.

Я жалел лишь об одном — что не смогу защитить сестру в случае необходимости. А если учесть, что после моего отстранения Шаннон все чаще приходила домой в слезах, такая необходимость присутствовала.

После истерики Даниэлы я решил на время завязать член узелком. Не хватало, чтобы очередная левая телка выносила мне мозг.

Однако никакие обеты не мешали мне думать о Моллой.

Она прочно засела у меня в голове.

Впрочем, ничего нового.

Взгляд, которым она провожала патрульную машину, подействовал на меня как ушат холодной воды.

Она слишком заботилась обо мне, слишком переживала, и это меня убивало.

Тогда, у моего дома, Моллой увидела лишь малую часть того, что ей предстоит, если она свяжется со мной.

Отношения с мерзавцем вроде меня заведомо не могли привести ни к чему хорошему.

Только к катастрофе.

Проклиная себя за то, что преступил черту, которую зарекся не переступать, я твердо решил выбросить Моллой из головы. Однако получалось с трудом, особенно после нашего поцелуя.

Из радио на СТО лилась «Free Fallin» Тома Петти. Отогнав мрачные мысли, я вытер перепачканные машинным маслом руки о тряпицу, сунул в ящик с инструментами торцевой ключ, с помощью которого менял свечи зажигания в девяносто седьмом «гольфе», запер машину и, забросив ключи в бендежку, принялся подметать.

Уборку на меня повесили в качестве наказания за историю с копами. Наскоро наведя порядок, я погасил свет и через заднюю дверь выбрался наружу.

Пока я возился с замком, за спиной послышался знакомый голос:

— Так вот где ты прячешься.

Я замер, оцепенев, но быстро взял себя в руки:

— Я не прячусь, Моллой.

— Но и не звонишь. — В ее интонациях зазвучал неприкрытый сарказм — верный предвестник наших словесных баталий.

— Твоего отца тут нет.

— Знаю. — Обернувшись, я увидел, что Моллой стоит, привалившись к стене, руки сложены на груди. — Я пришла сюда не ради отца.

— А зачем?

— К тебе.

— С чего бы? — прикинулся я болваном.

Самое разумное сейчас — отвязаться от нее, но стоило Моллой очутиться рядом, как все мои благие намерения куда-то улетучивались.

В черных джинсах, белом пуховике, с серым шарфом, обмотанным вокруг шеи, и в серой вязаной шапочке Моллой производила обманчивое впечатление пай-девочки.

— Соскучилась по мне в школе или?..

— Или, — не колеблясь, парировала она. — Почему ты не позвонил, Джо? Прошло почти три недели.

Под левым глазом у нее темнел небольшой синяк. Желудок моментально скрутило от стыда, однако я скрыл его под напускным равнодушием.

— С чего бы мне звонить?

— Опять начинаешь? — Моллой не повелась на мои жалкие потуги и закатила глаза. — Отвечай.

Я пожал плечами:

— Не было времени.

— Ну конечно! — фыркнула она. — Ты ведь так занят. От уроков тебя отстранили, от хёрлинга тоже. Вообще ни минуты свободной!

— У меня дел по горло, в отличие от некоторых. Шляешься по городу в темноте? — Я обвел рукой окрестности. — Кстати, как ты тут очутилась?

— Воспользовалась последним достижением науки под названием «ноги».

— Очень смешно, — пригвоздил я. — А домой как?

— Не поверишь, но это чудо техники умеет двигаться в обратном направлении.

Только не в мою смену.

— Ладно, идем. — Я покачал головой и обогнул застывшую одноклассницу. — Провожу тебя до дома.

— Не надо делать мне одолжение, — притворно оскорбилась она, шагая рядом со мной.

— И не собирался. Я делаю одолжение твоему отцу.

До меня донеслось приглушенное «скотина», и я подавил улыбку.

— Шевели булками, Моллой. Я не могу весь вечер нянчить твою задницу.

— Ой, мы сейчас про ту самую задницу, которую ты лапал три недели назад?