Гавриил снова улыбнулся: столь же широко и столь же неестественно. Джону даже стало странно: красивый вроде бы мужик, но как улыбнется, так сразу неизвестно откуда берется желание врезать ему по зубам. У Вельзевул, видимо, были такие же мысли, ибо она нахмурилась, а подозрительная тучка над ее головой распухла еще сильнее.
— Ну что, какие информаторы! — он даже развел руками, словно демонстрируя искренность, но вот как раз искренности в нем не было ни на грош. — В Раю никто ни за кем не следит…
— Мда? — скривилась Вельзевул. — Однако про связь Кроули с Азирафаэлем нарыла именно ваша сторона. Кто у вас такой умный и бдительный, а, Гавриил? И с кем из наших он контачит? Сдай, и я, так и быть, помогу тебе с изменниками.
Гавриил молчал, поджав губы. Джон следил за ними, дыша как можно тише и размереннее. Он умел быть незаметным, умел оставаться невидимым и неслышимым, находясь даже в шаге от объекта наблюдения, но сейчас он чувствовал, что имеет дело отнюдь не со своей весовой категорией.
В Кроули и Фелле Джон не ощущал ничего сверхособенного. Может, и было в них что-то не совсем обычное, но мало ли в мире странноватых людей? Джон не знал — да и в настоящее время ему было не до аналитики, — чем можно это объяснить. Возможно, тем, что эти двое прожили среди людей весьма долгую жизнь и приноровились сливаться с окружающим фоном. А возможно действительно сильно уступали в возможностях тем, кто сейчас обсуждали их уничтожение.
— Я тебе опять подскажу, — наконец вкрадчиво произнесла Вельзевул, и в ее в общем-то обычном голосе Джону послышался низкий рокот как при зарождающимся землетрясении. — Руководит наверняка Михаил. Скверным она была бы архистратигом, если бы не озаботилась разведкой. Но у нее должен быть кто-нибудь на побегушках. Не представляю, как эта чистюля лично лазает по кустам и следит за рядовым ангелом и тем более за демоном. На нее кто-то работает — с вашей стороны… и с нашей. Мне нужны имена, Гавриил, особенно наших. Предателей куда больше, чем двое, и я должна их знать. Выжигать заразу — так под корень.
Гавриил сглотнул и нервно облизнул губы. Он не обратил внимания — а Джон заметил, — как Вельзевул пристальным взглядом проследила траекторию движения его языка.
— Я не знаю, — произнес он наконец уже тише и отнюдь не столь напыщенно. — Правда, не знаю. Ты права, это Михаил принесла мне фотографии с нашими предателями — так я впервые узнал, что Азирафаэль более чем мирно проводит время с тем, против кого ему надлежало бороться. И… да, Михаил упоминала о неофициальных контактах с вашей стороной. Я не знаю, кого она имела в виду! Сразу на прямой вопрос она не ответила, а потом…
— А потом ты решил, что твоя личная совесть окажется чище, если ты не будешь знать всех подробностей, — Вельзевул улыбнулась так плотоядно, что Джону показалось, будто зубов у нее во рту гораздо больше, чем положено человеку. Возможно, так оно и было.
Гавриил независимо скрестил руки на груди, но со стороны этот жест показался попыткой обнять самого себя в защитном жесте.
— Это неправильный путь, — наконец выдавил он из себя. — Азирафаэль с этим Кроули, Михаил с ее неофициальным контактом…
— Мы с тобой, — жизнерадостно перебила его Вельзевул, продолжая ухмыляться.
Гавриил передернул плечами.
— Мы с тобой по делу! — возразил он. — Мы руководители, нам положено… эм… решать кадровые вопросы. А наши с тобой кадровые вопросы слишком тесно взаимосвязаны, чтобы мы могли их решить поодиночке.
— А, ну да, это, конечно, совершенно другое дело, — Вельзевул даже не попыталась сделать вид, что поверила. — Ты продолжай, продолжай. Что еще тебя беспокоит?
— Ангелы не должны идти одним путем с демонами! — взяв себя в руки, уже решительнее произнес Гавриил. — Мы отлично помним, куда ведет эта дорога! Твой босс и без того совратил слишком многих наших братьев, но теперь выясняется, что он продолжает совращать их и поныне!
— Ой, ну хоть босса сюда не приплетай! — веселость с Вельзевул моментально испарилась. — Он уже много веков ничем толком не занимается, свалил все на глав подразделений, даже не показывается особо никому на глаза. Оживился только ради истории с Антихристом, а теперь опять все заглохло. Так что нечего валить с больной головы на здоровую!
Гавриил хотел было что-то ответить ей, но, оборвав сам себя, смерил собеседницу задумчивым взглядом.
— Хочешь сказать, — уже мягче произнес он, — что ты у вас как бы самая главная?
Вельзевул явно колебалась, но потом все же произнесла:
— Официально — нет. Но Астарот не видели уже несколько веков, Асмодей погряз в личных утехах, а Мамона дождался своего золотого века на Земле. Самаэль был неплох, когда занимался войсками, но узнав, что его битва с Михаил опять откладывается, впал в ярость и больше ничего не хочет слышать о делах. Так что да, считай, в Аду все так или иначе стекается ко мне.
