Рядом с ней точно также плыл по воздуху Рихард. Что было ужасным, так это полное отсутствие одежды что на ней, так и на нем. Но почему-то стыдно не было совсем. Она с удовольствием разглядывала мужественную фигуру фон Эйтмана, украдкой бросая взгляды на самое сокровенное. Эвка конечно понимала, что это неприлично, но глаза сами туда стремились.
— Странно, ты смотришь туда, куда женщины предпочитают не глядеть! — рассмеялся Рихард. — А тебя ни что в моем теле не смущает?
— А что-то должно? — она запоздала поняла, что он имел в виду полосы из чешуи, которые как оказалось шли не только по бокам, но и по позвоночнику. — Ты очень красивый!
Такое могло привидеться лишь во сне. А во сне можно все. Поэтому стеснение отсутствовало напрочь.
— Ты тоже! — он широко улыбнулся в ответ.
Девушка оглянулась по сторонам и удивленно поинтересовалась:
— А где Ганс?
Вопрос про Ганса словно стал паролем к возвращению обратно. Неожиданно все вокруг завертелось, закружилось, воздух стал плотным и липким, как при переходе через мощный портал. Это нечто их помурыжило, пожевало и выплюнуло туда, откуда они и пришли в призрачный потусторонний мир.
Эвка обнаружила себя сидящей под деревом, сжимающей в руке пустой бокал. Ганс был на месте, сидел рядом. А Рихард о чем-то негромко с ним переговаривался, прислонившись к соседнему дереву и вытянув вперед длинные ноги. Обнаружив, что её напарник по недавнему бесстыдству, похоже, все-таки в нем не участвовал, с облегчением выдохнула.
— Тер Рихард, а мы еще долго будем здесь рассиживаться? — решила уточнить девушка, а заодно проверить, как она может говорить и двигаться. Вдруг действительно сильно перебрала вина, и сейчас сидит в хлам пьяная. Но хрупкое стекло без проблем было поставлено на клетчатую скатерку. А язык работал без труда и не заплетался.
— Вы, Тира, куда-то торопитесь? — его сиятельство вопросительно выгнул бровь, совсем по-герцогски.
— Точно, высший аристократ! — подумала про себя Эвка, а вслух сказала:
— Да, хотелось бы быстрее завершить весь этот кошмар и отправиться домой!
— Боюсь, сегодня не получится, — он вальяжно откинулся на ствол дерева за его спиной. — У меня во дворце его величества есть дела. Я, конечно, могу отправить тебя на поезде, который регулярно ходит из королевства в империю. Но он идет слишком долго. Я успею не только все сделать, но и встретить тебя на перроне. Такой вариант устраивает?
Эвка задумалась. Неизвестно, сколько она проработает у теры Эннари и получится ли у нее еще раз побывать в этом таинственном государстве. Поэтому благосклонно и величественно кивнула, словно в этой небольшой копании именно она была королевой.
Рихард беззлобно рассмеялся и сказал:
— Вот и славно! Я думаю, тебе здесь должно понравиться, — и после этой фразы вернулся к разговору с Роттенбергом. Мужчины обсуждали что-то очень важное и совершенно непонятное для женского ума.
— Там лучше поставить карбюратор! — пытался доказать свою правоту Ганс.
— А магической очистки разве будет недостаточно? — уточнял Рихард.
— В том-то и фокус, что он будет передвигаться без помощи магии! — парировал вопрос оппонентабезопасник.
Девушке стало неинтересно, и она снова предалась своим мыслям, попутно разглядывая спорщиков:
— А ведь как он хорош! — эта определение досталось фон Эйтману. — Одни глаза чего только стоят! Но он на меня даже и не смотрит. И целовал не оттого, что сильно хотел. Просто он знает о Вечном лесе гораздо больше простых людей. И, скорее всего, догадывался о волшебной силе поцелуя на висячей тропе.
Эвка грустно поморщилась и переменила позу, так как ноги уже начали затекать.
— Жаль, что это был только сон! Он там смотрел на меня такими влюбленными глазами, что я было поверила в искренность его чувств. Я бы даже согласилась, чтобы все происходила наяву. И наплевать, что мы там были без одежды. Свидетелей же не было. Даже Ганса в мой сон не пустили. Хотя, раз никто ничего не знает, может, все к лучшему? Меньше мужиков, меньше проблем! — девушка вздохнула еще раз. И неожиданно вздрогнула, от резкой фразы, брошенной Рихардом:
— Эванджелина, чего расселась? То кричишь, что домой торопишься, а то даже встать не соизволишь. Вставай, пора из леса выходить.
Она так замечталась, что окружающий мир перестал существовать. Да только жить в сказке нельзя. Нужно возвращаться к насущным проблемам и двигаться дальше.
Остаток пути они проделали без препятствий и приключений. И примерно через полчаса вышли к кромке леса.
Что там Эвка говорила про то, что в сказке жить нельзя? Сейчас именно она лежала перед ней. Как оказалось, лес рос на возвышенности. А там внизу, в ложбине, лежал прекрасный город. Он был построен из белого камня и разукрашен золотом. Еще нигде и никогда она не видала такого количества домов, крытых желтым металлом. Или по крайней мере материалом, очень напоминавшему вожделение миллионов. Девушка не удержалась от реплики:
— Золото?
— Оно самое, — уже привычно скривил губы Рихард. — Впечатляет?
— Красиво очень! — согласилась девушка.