— Теона Руи вышла замуж за Тиля Галиано? — женщина недоверчиво покачала головой. — Вот уж никогда не подумала бы! Милый был парнишка. И так искренне был в меня влюблен! Я рада, что он нашел свою вторую половину. Жаль только, что их супружество так быстро закончилось. Времена были тяжелые. Многие потомки драконов тогда не вернулись домой. Хотя, что ни делается, все к лучшему. Я не знаю точно про риани, это утерянный ритуал. Его с собой унес Ральф Медный. Поэтому его дочери лучше знать. Единственное, что могу подтвердить, для реконструкции совсем не обязательно иметь тех же самых второстепенных персонажей. Главное, чтобы были те, кто хотят решить вопрос между собой. Можно тигра с Гансом пнями заменить. Но мне все-таки будет спокойнее, если Роттенберг будет с вами. И кота, так и быть, на дворцовой помойке выловим. Для надежности.
На этом и порешили.
Кот истошно орал, привязанный за заднюю ногу к дереву. Чтобы хоть как-то скрасить мучения исполнителя роли саблезубого тигра, Рихард стащил из дворцовой столовой огромную рыбину. И была надежда, что рыжий прохиндей нормально просидит рядом то время, которое нужно для прохождения ритуала.
Зверь долго не мог поверить в свое счастье. Сначала он ел рыбу стоя, затем сидя, затем лежа. Под конец распластался на пузе так, что, казалось, лапы не достают до земли. И вдруг понял, что он наелся как минимум на сутки вперед и захотел то ли свободы, то ли любви.
Ганс, сидевший с очень серьезным видом вначале, теперь отвернулся к дереву и зажал рот кулаком, чтобы не расхохотаться в голос. Не зря говорят, что история движется по спирали. Первый раз это бывает трагедия, а во второй раз получается уже фарс.
И лишь Рихарду и Эвке было не до смеха. Они старались как можно более точно воспроизвести тот день с точностью до малейшего мгновения. Но пока ничего не происходило.
— Рихард, нет! — Эвка кидается к фон Эйтману, изображая ужас от того, что любимый закрыл собой Ганса от смертельных когтей хищника.
Ганс, как и в тот памятный день бежит следом, приговаривая:
— Ваша светлость, ну как же так!
Рихард изображает, что падает без чувств.
— Меня дома жена и четверо детей не ждут! — повторяет он в который раз. И в это время раздается победный крик кота, которому удалось перегрызть веревку. Он с победным видом делает прыжок в сторону от троицы, чтобы скрыться от своих мучителей. Эвка, видя это, с болью в голосе и абсолютно искренними эмоциями кричит:
— Не-е-ет!
И вдруг Рихард уже на полном серьезе бледнеет и теряет сознание. Девушка бледнеет вслед за любимым и падает перед ним на колени:
— Рих, что с тобой?
— Похоже, боги услышали ваши мольбы, — раздался рядом негромкий голос Роттенберга. — Вам дали возможность снова пережить тот роковой день. Смотрите, у его светлости кровь пошла из того места, куда он был ранен.
Эвка с ужасом отдергивает руку, испачканную в крови:
— Что это такое?
— Тира Руи, когда была реальная опасность, вы были намного собраннее и сообразительнее. Только все вернулось вспять. И если вы ему сейчас не поможете, тер Рихард просто погибнет от яда саблезубого тигра.
— Но тигра же сегодня не было! — девичьи глаза округляются от ужаса. — Или я чего-то не понимаю.
— Не понимаете, боги реально перенесли нас в точку отсчета. Поэтому соберитесь и вспоминайте, что вы делали тогда.
Она дрожащими руками стаскивает комбинезон с тела дракона. Как и тогда, находит место, откуда оторвана чешуйка и припадает к алому фонтанчику губами. Снова, как и тогда, огонь разбегается по жилам, сжигая ее тело изнутри. Появляется желание все бросить в надежде на то, что все рассосется само собой. Но когда перед затуманенными кровавой пеленой глазами предстает бледное лицо Рихарда, понимает, что сейчас от нее зависит их будущее. Выплевывает ядовитую жидкость, повторяя это снова и снова.
Наконец кровь перестала бежать ручьем. Девушка приложила к ране оторванную чешуйку, и та мгновенно приросла, словно ничего не произошло. Рихард все еще был без сознания. Тира Руи с Роттенбергом замерли в ожидании. Эвка уже мысленно костерила себя на чем свет стоит:
— Зачем мы сюда пришли? Не жилось нам спокойно! А если он в себя не придет и погибнет? Я же до конца своих дней буду себя винить! — и добавила уже вслух, развернувшись к Гансу:
— И тебя тоже!
Понятно, что безопасник не был в курсе ее внутреннего диалога, поэтому переспросил:
— Чего тоже меня?
Только ответ ему так и не суждено было получить, потому что фон Эйтман зашевелился и глухим, чуть слышным голосом прошептал:
— Риани, моя риани!
Эвка со слезами бросилась к любимому на шею. А Роттенберг вернулся к своему пеньку, где его уже поджидал кот, готовый к диалогу. Жаль, говорили они на разных языках.
А дома их ждало забавное событие. Эвка сама удивилась, как быстро дом Рихарда стал и ее. Теперь, казалось, все преграды были сняты. Можно в полной мере насладиться счастьем. Только неожиданно появилось препятствие в образе Эннари фон Эйтман.