– Есть и пить нам нечего, все припасы в Симуране у других господ змеев остались, которые за этого господина змея так переживали… – вдруг зачастил Пенек. – Так ежели господин змей Силой своей воды накачать не может, не соблаговолит ли по-простому, ручками… или там лапками натаскать? – закруглил свое тарахтение он и щедрым жестом протянул кривенький, но вполне пригодный для дела туесок из коры. И когда только сделать успел? – Из ручья, – будто лишенный Силы водный змей мог и не знать, откуда обычные люди и не люди берут воду, добавил он. – А я б пока грибов набрал…
Змей воззрился на Пенька, будто с ним заговорил настоящий пенек, тот самый, на котором он сидел… и снисходительной улыбнулся, как взрослый, вынужденный общаться с умственно отсталым дитятей:
– Я не хожу за водой. Если вода не приходит ко мне сама, хватает человеческой обслуги.
Над поляной воцарилась недолгая пауза – Ирка сверлила Айта пристальным взглядом, но тот лишь невозмутимо улыбался.
– Я схожу, – процедила она, вырывая у Пенька кривобокий туесок. – Я все-таки человек… не знаю, правда, как насчет обслуги. – И гордо зашагала прочь с полянки. Сейчас он ее окликнет, ведь не согласится же он, чтоб девушка таскала тяжеленное ведро… ну или туесок, когда парни есть!
За спиной захрустели ветки… Ирка обернулась с расчетливой неторопливостью – она ведь не ждет, что кое-кто за ней побежит, вовсе нет – и некоторое время тупо разглядывала Пенька. В какой-то момент она даже решила, что у нее зрительные галлюцинации – от голода, наверное. Вовсе не этот пень с ушами должен сейчас здесь стоять!
– Я же тебе говорил, что все они, змеи, – гады высокомерные и людей только за прислугу и держат!
– Лучше бы помолчал! Нечего за мной таскаться! – прошипела Ирка, и зашагала дальше по тропинке. А вот интересно, когда она в своем мире Айту ужин готовила, белье постельное приносила – он тоже считал ее человеческой прислугой?
– Девчонка не должна воду носить, когда рядом парень!
– Как галантно! – не оглядываясь, бросила Ирка. – В твоей деревне бабы за водой не ходили?
Пенек некоторое время молча сопел за спиной, наконец пробурчал:
– Так то бабы! – и тут же непоследовательно добавил: – Я за грибами!
Ирка ткнула пальцем в торчащие из-под палой листвы шляпки:
– Вон твои грибы!
– Это ядовитые. – Пенек наконец оставил попытки отобрать у Ирки кривой туесок, сорвал с дерева широкий лист и начал плести что-то вроде мешка, такого же кривого, как и все его изделия.
– А как ты их отличаешь? – Ирка посмотрела на Пенька подозрительно. С его талантом находить неприятности есть собранные им грибы занятие рискованное.
– В лесу грибов не знать – пропадешь! – не замечая ее сомнений, Пенек опустил в свою неуклюжую плетенку приглянувшийся гриб. – У нас вокруг деревни знаешь какой лес был! – В голосе его появилась неуверенность, как и всякий раз, когда он говорил о своем прошлом. Такая же неуверенность звучала теперь в голосе Айта.
– Не говори своему змею, что я тоже в той башне был. Не надо, – вдруг пробормотал Пенек и торопливо нагнулся за притаившимся под кустом грибочком неприятно-розового оттенка.
– Что, и этот можно есть? – возмутилась Ирка.
– А что? – роняя розовое безобразие в плетенку, удивился Пенек. – Очень даже правильный грибочек!
Не знает она, какие грибы в Ирии правильные, но точно знает, что заставит кота проверить каждый – он же тоже местный житель! А если кот в грибах не разбирается, то лучше поголодать, чем в очередной раз попасть под «пеньковую удачу». Хотя есть хочется уй как! В животе звучно и переливисто забурчало. Хорошо, не при Айте!
– Голодная? – вскинулся Пенек.
– Приличные парни делают вид, что не замечают, когда девушка икает или у нее бурчит в животе, – проворчала Ирка.
– За приличного парня ты меня все равно не считаешь, – с неожиданным ехидством отбрил Пенек и сунул ей плетенку в руки. – Подержи! – и нырнул куда-то под свисающие ветки. Там подозрительно захлюпало, зачавкало. Из-под веток выполз перемазанный грязью Пенек – зато в сомкнутых ковшом ладонях он держал черно-сизые ягоды размером с мелкую сливу.
– Ешь. Голодной ходить нельзя, – с уверенностью часто голодавшего человека объявил он. Ирка заколебалась… – Думаешь, опять чего не то? – Он криво усмехнулся, поднес ладони ко рту и губами подхватил ягоду. Ирка вдруг подумала, что вот невзрачный Пенек, а губы красивые – четко очерченные и очень… мужские, что ли… И тут же испытала острое желание заехать самой себе по лбу! Там Айт на полянке сидит, а она того… Пеньку в рот смотрит! Совсем очумела от стресса и голода!
Пенек сосредоточенно жевал, наслаждаясь процессом и не замечая Иркиного смятения. Она опасливо прикусила ягоду – в рот брызнул густой сладкий сок.
– Так это ж черника! Такая здоровенная?
– А какая еще она должна быть? – прочавкал Пенек.
Отвечать Ирка не стала.
– Давай нашим отнесем, – предложила она.
– Тогда сам сожру! – решительно сказал Пенек. – Обеспечивать твоему змею еще и десерт я не нанимался! – Он ссыпал ягоды Ирке в ладонь и двинулся на журчанье ручейка, срывая по дороге то один гриб, то другой.
