Дроу тут же перестал расстилаться и, наконец, встал с колен. Мне показалось или от его прежней щенячьей покорности не осталось и следа?
Ох, чувствую не прост ты, Иоран, очень непрост. Спать рядом с таким соседом мне предстоит вполглаза…
Тхаэльские барышни не отличались сказочной красотой, скорее наоборот – чаще низкие, коренастые, приземистые, не признающие украшений. Встречались и высокие широкоплечие воительницы, как Вейдайри, или миниатюрные худосочные, как целительница Триссна, но красавиц среди них я не встречала.
Однако стоило бы научиться верить в свою неотразимость так, как верили тёмные эльфийки.
Мужчины их боготворили.
А как не боготворить? Едва достигнув совершеннолетия каждый мужчина стремился как можно скорее связать себя узами брака и желательно с понравившейся девушкой. Иначе, едва эльф выходил из наивной юности и достигал зрелого для мужчин-дроу возраста, он становился кандидатом на роль жертвы в праздник Чествования Солнца.
Дамы же, напротив, выходить замуж не спешили, долго присматривались, с лёгкостью меняли любовников. Сколько я слыхала историй как эльфийки подолгу кормили обещаниями неженатых мужчин, годами держали при себе, иногда сожительствовали, а, наигравшись, бросали, так и не осчастливив венчанием в храме Бога Солнца.
Бывало мариновали бедолаг так долго, что брошенным горемыкам оставалось лишь год или два до опасного возраста и они лихорадочно бросались на поиски новой невесты.
Но не стоит обвинять милых дам в излишней жестокости – виной всему опасение, дальновидность и расчёт. Разводы в Тхаэле запрещались законом, а вдовцам смертоносный ритуал уже не грозил. Но какая эльфийка захочет оставить после себя счастливого молодого вдовца?
Мой нежданный гость уже достиг зрелости, супругой не обзавёлся, да ещё и оказался подданным другого королевства – словом, идеальный дар тхаэльскому Божеству. Пока Иоран мирно посапывал на топчане, что мы всё таки утянули с гостевых покоев, я поспешно облачилась в свободные рубаху и штаны и как можно скорее ретировалась из комнаты. Не хотела тревожить чужой сон.
Дожили! Трусливо сбегаю из собственной спальни.
Сегодня мне не пришлось разыскивать Вейдайри – принцесса сама пригласила меня сопровождать её во время охоты. Завтрак я перехватила на лету, запихнула в походную сумку пару лепёшек и стала терпеливо ждать.
Утро у дроу начиналось с сумерек, время бодрствования приходилось на ночь, а спать полагалось днём, когда опасное солнце неистово плавило землю.
Ночная охота была для меня чем-то непостижимым. В темноте я не видела абсолютно ничего и самой главной моей задачей было не отстать от отряда.
Однако, сегодня и у венценосной подруги охота не шла. Та дичь, что попадалась нам на пути оказалась до боли юркой и изворотливой, так что ни стрела, ни магия не поразили своей цели. А потому мы с Вейдайри без зазрения совести оторвались от сопровождения и за неспешной прогулкой верхом завели праздную беседу.
– Добавила ты мне хлопот… – со вздохом протянула я, – Ничего не скажешь.
– Ты о чём? – принцесса посмотрела на меня с явным непониманием.
– О твоём Подарке, конечно.
– А что с ним не так? – нахмурилась Вейдайри, – Строптивый? Посмел тебе в чём-то отказать?
– Ах, нет, – стушевалась я, – Напротив. С огромным рвением вызвался служить.
– Слаб здоровьем? – принцесса скривилась, – У него что… – Вейдайри заговорщицки понизила голос, – Не стоит?
– Боги праведные! Да нет же! – я моментально вспыхнула.
Ну не могу я так буднично обсуждать столь деликатные темы.
– А-а-а, – лукаво протянула эльфийка, – Поняла! Боишься залететь! Дак попроси зелье у Триссны. Делов то!
– Что? – ещё больше растерялась я, – Нет! О, Всевышний, да ты всё не так поняла!
– Тогда в чём проблема? – принцесса насмешливо изогнула бровь, – Тебе подсказать, что с ним нужно делать?
– В том и проблема, Вейдайри, – я обернулась и серьёзно посмотрела на собеседницу, – Мне ничего с ним делать не нужно. Сегодня так и не смогла сомкнуть глаз, – я грозно посмотрела на эльфийку, – И не хихикай! Причина этому вовсе не то, о чём ты подумала. Я не могу уснуть, когда на соседней койке спит незнакомый мужик!
– Так выгони его за дверь! – хохотнула дроу, – Или вели спать на полу.
– Нет, ты всё не о том, – я покачала головой, – Почему он не может в спокойствии и молитвах коротать оставшиеся дни? Зачем ему жить у меня?
– Он содержался при главном храме. Спроси его, хочет ли он туда вернуться?
Не хочет. Я помню, что он сказал мне вчера.
Я неуютно поёрзала в седле. Задница уже болела нестерпимо.
– А что там? В том храме? – поинтересовалась я.
– Жрицы, – усмехнулась Вейдайри, – Голодные до мужиков жрицы.
– Но… – я недоумённо посмотрела на эльфийку, – Им же нельзя… Ну… этих самых мужиков…
– Нельзя, – кивнула принцесса, – Однако, когда к ним попадает мужчина, выбранный для принесения в жертву, поверь мне, они его объезжают с особым усердием.
Что?! Этих бедолаг?! О, Всевышний!
