Она разглядывала его творение в зеркале. Кэт приплелась в студию еще в полусне, а вчерашний лак для волос спутал ее наспех завязанный хвост. Теперь же она выглядела как модель, достойная обложки. Или, по крайней мере, как достойная рекламы, телезвезда.
— Ты чертов гений, Арчи. Ты, твои богоподобные руки и волшебные зелья.
— Ничего такого, что не могли бы исправить гей и его неизменная любовь к Sephora. — Арчи посмотрел на часы. — У тебя есть пять минут, прежде чем они начнут ломиться в дверь, требуя твоей сексуальности перед камерой. Иди, сделай звонок и выпотроши своего городского управляющего.
Кэт послала ему воздушный поцелуй, стараясь не размазать фиолетовый блеск, который он так искусно нанес ей на губы.
— Будет сделано.
С этими словами она выскочила в коридор. Сегодня снимали промо для второго сезона ее сольного шоу, которые должны были публиковаться в журналах. По-видимому, ведение шоу о ремонте домов, будучи женщиной, требовало ношения четырехдюймовых3 каблуков Jimmy Choos и великолепного, облегающего платья цвета клюквы. Но она и не возражала. Если какие-то дизайнерские вещи, которые она оставляла себе после съемки, привлекали внимание зрителей и заставляли хотя бы одну маленькую девочку думать, что она, возможно, могла бы орудовать кувалдой или циркулярной пилой, то Кэт считала свою работу выполненной. Если люди хотели продолжать помещать ее в красивую коробку Барби, она просто продолжала рвать и крушить ее снова и снова, пока они не усваивали урок. Она могла быть симпатичной, но это не значило, что она глупа или неспособна, или хоть немного зависела от кого-либо. Каталина Кинг проложила себе путь вверх по карьерной лестнице на реалити-шоу, чтобы не только сниматься в собственных шоу, но и продюсировать их.
И не было ничего, что она любила бы больше, чем возможность использовать свое лицо, чтобы что-то изменить. Конечно, это же привлекало к ней и пристальное внимание общественности. Две недели назад, по прихоти, она покрасила свои платиновые локоны в сексуальный карамельный цвет с мелированием. Twitter сошел с ума. Люди до сих пор спорили, не лучше ли ей быть блондинкой.
Кэт спокойно воспринимала это внимание. Ее жизнь была идеальной. Сложная работа, стремительный образ жизни, бесконечный парад новых интересных мужчин, доступных для случайного потребления, и проект в новом году, который выведет ее за пределы телевизионной славы во что-то действительно важное.
Но между «сейчас» и «потом» стоял Мерри.
Она набрала номер Йейтса и начала нетерпеливо постукивать носком туфли, когда пошел звонок. После нескольких гудков он был перенаправлен на голосовую почту. Она отключилась и перезвонила.
— Ноа слушает, — рявкнул мужчина в трубку.
— Мистер Йейтс, — начала Кэт. — Это Каталина Кинг.
Она услышала, как на другом конце провода раздалось, видит Бог, рычание.
— У меня нет на это времени, — отрезал он.
— Честно говоря, мистер Йейтс, это у вашего города нет времени.
Кэт слышала разговоры, происходящие на заднем плане.
— Слушай, кем бы ты, черт возьми, ни была, — огрызнулся Ноа. — Я здесь пытаюсь высушить целый город и оценить масштабы ущерба. У меня есть люди, которые, возможно, не смогут вернуться в свои дома в течение нескольких месяцев, и город, что теряет надежду. Нам не нужно, чтобы какое-то телешоу приезжало и делало из этого какую-то слезливую историю ради рейтингов и рекламы.
— А что вам нужно? — холодно спросила Кэт.
— Мне нужно, чтобы ты приняла «нет» в качестве ответа, чтобы я мог вернуться к работе. Вы с телеканалом отнимаете у меня время, которое я должен посвятить более важным вещам.
— Тогда, может быть, в следующий раз вам не следует отвечать на звонок, — саркастически предложила она.
— Отличная идея, — огрызнулся он в ответ.
— Прежде чем продолжать свою тираду, подумайте, от чего вы отказываетесь. Мы предлагаем вам возможность быстро восстановиться. Шанс поставить Мерри на ноги к Рождеству. Я знаю, сколько денег поступает в ваш город между Днем Благодарения и кануном Нового года. Мы можем помочь убедиться, что парк откроется и заработает…
— Нам не нужна ваша дерьмовая жалость, и я чертовски уверен, что не нужна какая-то звезда реалити-шоу, которая скачет вокруг, ломает ногти и бьет моих жителей по лицу, превращая мой город в какое-то второсортное шоу. Мы в порядке. Вы нам не нужны, — и с этими словами он сбросил вызов.
Кэт сделала глубокий вдох и уставилась на свой телефон. Ноа Йейтс понятия не имел, кого он только что разозлил. Но он, черт возьми, узнает. Она собиралась спасти Рождество в Мерри, хотел того Ноа или нет.
— Кэт? — Из дверного проема высунулась голова ассистентки продюсера. — Фотограф готов.
Настоящий вопрос заключался в том, был ли готов Ноа Йейтс?
Тучи тусклым серым вихрем извивались и кружились над головой Кэт, пока она шла по Бродвею. И ураган наверху, и женщина внизу двигались целенаправленно. Каблуки ее рыжевато-коричневых сапог отбивали ритм стаккато по цементу, а мимо проносились листья и случайный мусор Манхэттена.