Он посмотрел на нее с жаром во взгляде, и Кэт коварно ухмыльнулась. Она подмигнула ему, а затем помахала остальной толпе. Во время показа результатов вокруг всегда полно незнакомцев, но не в Мерри. Рубин и Элизабет Тернбар держали плакат с благодарностью за «спасение Мерри». На нем был логотип их химчистки. Элрой Ликхарт, директор школы, пытался удержать в узде двадцать пять старшеклассников, нервно вытирая лоб носовым платком. Фредди и Фрида Фоукс неожиданно появились вместе, прихватив с собой Сэйди, начальницу службы экстренной помощи, которая наконец-то выглядела так, словно выспалась.
Кэт и Дрейк подошли к Пейдж и съемочной группе.
— Все готовы сделать людей счастливыми? — съязвила Кэт. Это был вопрос, который она всегда задавала перед съемками результатов на своем собственном шоу.
Ее команда отставила свои энергетики и кофе в сторону и вытянула руки.
— Раз, два, три, Хаи!
Толпа, уже настроенная на восторги, зааплодировала.
Кэт и Дрейк заняли свои места на новом крыльце дома Хаев.
— Начали, — скомандовала Пейдж в наушники.
--
— Я все еще настаиваю на том, что она заплакала первой, — возмущался Дрейк.
Кэт рассмеялась и дружески обняла своего коллегу по кадру.
— Трудно оставаться с сухими глазами, когда двенадцатилетняя девочка рыдает из-за своего нового домика на дереве.
— Ты смогла, бессердечное чудовище, — сказал Дрейк, принимая бутылку воды, которую протянул ему Генри.
Генри передал бутылку воды Кэт и сунул ей в руку двадцатку.
— Напомни мне, чтобы я никогда больше не делал ставок против тебя, — проворчал он.
Кэт самодовольно сунула двадцатку в задний карман.
— Когда вы, мальчики, уже поймете, что мне известно все?
Они ушли, все еще бормоча себе под нос и оставив ее радоваться не только победе, но и действительно хорошо прошедшему дню съемок. Семейство Хаев снова вернулось домой. Босс Джаспера заскочил и объявил, что тот снова нанят на полную ставку. А Эйприл была в абсолютном восторге от домика на дереве. Девочка потеряла дар речи, словарный запас победителя «Скрэббла», покинул ее, когда она, рыдая, карабкалась вверх по лестнице.
Это был превосходный день. И он стал бы еще лучше, если бы она смогла провести ночь голой рядом с Ноа.
— Хэй, Кэт!
Голос дочери мужчины, с которым она только что мечтала сделать грязные вещи, вернул ее на землю.
— Привет, Сар. Ты видела домик на дереве? — спросила Кэт, обнимая Сару за плечи.
— Боже мой! Серьезно, это самая крутая вещь на свете. Я не могу дождаться лета, чтобы мы могли устраивать в нем вечеринки с ночевкой, — объявила Сара.
— Твой папа помог его построить. — Кэт, казалось, не смогла удержаться от комментария о Ноа. Произнесение его имени при других заставляло ее испытывать особый трепет. Гордость переполняла ее, и она хотела поделиться этой гордостью с теми, кто его любил.
— Это так круто! Он самый лучший, не так ли?
Кэт медленно кивнула.
— Это действительно так.
— Ты останешься на ночь, раз я у мамы? — поинтересовалась Сара.
— Э-э, мне кажется, было бы странно, если бы я ответила на этот вопрос.
— Тогда мы обе просто притворимся, что я не знаю, что ты там будешь.
— Я могу с этим смириться, — решила Кэт.
Сара отправилась осматривать дом вместе с Эйприл, а Кэт присела на крыльцо, чтобы немного отдохнуть. Конечно, вокруг нее суетились десятки людей, перевозящих оборудование, но за последние несколько лет она научилась находить для себя моменты тишины на съемочной площадке.
Шоу было ее жизнью так долго, что она и забыла, какой она была до этого. Пять или шесть лет назад Кэт была сосредоточена на том, как удержать бизнес своего деда на плаву. Затем жизнь преподнесла ей сюрприз. Реалити-шоу задумывалось как временное решение. Но у нее неплохо получалось. Ей это нравилось. Иногда, чтобы найти свое призвание, нужно сделать решительный шаг и отбросить все сомнения.
Она заметила Ноа, разговаривающего с ее родителями в импровизированной кофейне, установленной для них Реджи. Ее мама сияла, глядя на отца, который рассказывал одну из своих нелепых историй, а Габби балансировала у него на бедре. Раздался оглушительный смех Ноа. По ее мнению, он смеялся недостаточно часто. Она ловила себя на том, что говорит или делает что-то только для того, чтобы поддразнить его. Он был таким серьезным, и у нее было чувство, что где-то внутри него все еще живет испуганный маленький мальчик, надеющийся на лучшее.
Она почувствовала, как слезы подступают к глазам, и заставила себя отвести взгляд.
Кэт не знала, откуда взялись эти эмоции. Она хотела, чтобы Ноа был счастлив. Это было нормально, даже здорóво. Что таковым не являлось, так это тот факт, что она продолжала думать обо всех способах, которыми могла бы подтолкнуть его в этом направлении. О способах, которыми могла бы заставить его смеяться или улыбнуться этой несдержанной, восхищенной улыбкой.
Но она не собиралась оставаться здесь надолго. И рано или поздно кто-то другой заставит его смеяться. Кто-то другой вытащит его из его скорлупы ответственности ради развлечений. Кто-то другой будет говорить с Сарой о мальчиках и школе.