Настал день, когда Лернер посчитал подготовку участников законченной. Генеральная репетиция была назначена на вечер, когда в Кеннеди-Центре давали «Иоланту». Фил к этому времени успел отрастить жесткие рыжеватые усы, которые ему предстояло начисто сбрить в туалетной кабинке за 25 секунд… Агенты порядком успели осатанеть от бессмысленного механического снования по коридорам театра и были настроены весьма решительно. Но все, в конце концов, прошло отлично, и даже Мэри, чьи внутренние часы всегда на несколько минут отстают от лернеровских «Сейко», успешно справилась с заданием.
Итак, хотя подготовка и заняла три недели, но дала положительный результат. Дирижер был доволен. Репетиции прошли успешно. Можно переходить к основной операции.
Аварийная «Москанализации» прибыла по вызову в установленное нормативом время – один час. Трезвые и вполне прилично выглядящие в своих утепленных синих комбинезонах слесари сверили номер дома с заявкой в маршрутном листе, приготовили инструменты и стали открывать люк. Но он не поддавался. Слесари напрягали мускулы, срывали поясницы – бесполезно! Звенела монтировка, выгибался крючок из арматуры, но почти пудовая крышка упрямо сидела в своем гнезде.
– Да он, кажись, приварен, – тяжело дыша, сказал один. – Ну-ка, посвети… Точно! Совсем ох…ли…
– Придется через соседний, – пожал плечами напарник.
Но и соседний люк оказался заварен. И соседний соседнего. И все остальные люки на Тверской и прилегающих улицах, которые они не поленились осмотреть.
– Ну их на хер! – сплюнул, наконец, слесарь. – Нам что, больше всех надо? Поехали на базу – доложим, а начальство пусть разбирается.
Заваренными оказались и колодцы «Моссвязи», из-за чего сроки ремонта вышедших из строя телефонов откладывались на неопределенное время, и тепляки, и любые другие люки, ведущие под землю. В технические службы и в мэрию стали поступать многочисленные жалобы. Обычных жалобщиков, как правило, отфутболивали на раз-два, а уважаемым людям и начальникам (а эти категории почти на девяносто девять процентов совпадают) объясняли, что дело государственное, связано с госбезопасностью, поэтому надо потерпеть. Что ж, потерпим, дело привычное…
– Точно, это он самый и есть! – довольно усмехнулся Семенов, рассматривая фотографию Билла Джефферсона. – Значит, взяли гада?
– Да нет, не совсем, – пробурчал Юра Евсеев, составляя протокол опознания.
– Как так, «не совсем»? А фотка откуда? – удивился Семенов.
– Из прошлого. Личность установлена, а местонахождение фигуранта неизвестно, – объяснил Юра. И добавил: – Пока неизвестно.
«Колпаковского шпиона» опознали уже и Леший, и Бруно Аллегро, и жители села Колпаково, его объявили в розыск, а фотографии раздали постовым милиционерам, участковым и сотрудникам уголовного розыска. Сеть была заброшена широко, и шансы поймать рыбку резко увеличились. Только в последние годы сети очень часто оказываются дырявыми…
– А чего это по центру города люки заваривают? – спросил Семенов, подписав протокол. – Небось с этим гадом связано?
– С ним, – понизил голос Юра. – Но сами понимаете, Алексей Федорович, это информация ограниченного распространения…
– Понимаю, понимаю, – кивнул тот. – Только на улице заварили, а во дворе старой батареей придавили или груду кирпичей навалили. Я нарочно ходил, проверял… Показуха это все! Вон на Грузинской дом сносят, так вход в подвал деревянным щитом заколотили, на четырех гвоздях… На соплях, короче – дерни и заходи. А где-то вентиляционную шахту проволокой затянули – ее обычными ножницами разрезать можно. А ведь все отчитались: меры приняты!
Семенов с досадой махнул рукой. Точно так, как Евсеев-старший, когда Юра рассказал ему, что на Солянке вход в старые штольни тоже для вида забили досками – это он сам видел. И телефонограмму дали: указание выполнено в срок!
– Это все оттого, что порядка нет, – прокомментировал отец. – Был бы порядок, и кирпич бы нашли, и бетон, и цемент, и арматуру, каждую щелку замуровали бы, да еще ответственный человек совершенно добровольно рядом бы дежурил с ружьем или топориком… Потому что, если бы на его участке враг просочился…
Он не договорил и махнул рукой.
– Но это, конечно, в нынешнюю демократию не укладывается. Раз демократия и законность – тогда должен быть беспорядок!
Похоже, что отставник наружного наблюдения придерживался такого же мнения.
– А вы, Алексей Федорович, если еще повстречаете этого гражданина – сразу сообщайте в милицию или прямо мне, – напутствовал отставного «топтуна» Юра. – Только осторожно, он очень опасен.
Он протянул свою скромную визитку: только имя и телефон.
– Вы мой мобильник тоже запишите, – предложил «наружник». – Если вдруг понадоблюсь…