Альв знал, что никто из соседей по комнате больше не рискнет тревожить его покой, по крайне мере, в ближайшее время. Но, возможно, теперь они будут пакостить исподтишка. Насколько изощренных гадостей ему стоит ждать?
Чувствуя, как его потряхивает от пережитого, Альв заставил себя вернуться в постель. Спустя некоторое время он услышал, как избитый соперник завозился на полу, потом — как скрипнула кровать у противоположной стены и зашуршало одеяло.
В тесной комнатке гаремника повисла тишина, наполненная звуком дыхания. Судя по тому, какой эта тишина была напряженной, никто из соседей Альва не спал. Он и сам полночи бестолково ворочался с бока на бок.
К утру левая щека Верзилы распухла и стала напоминать округлый фиолетовый плод. Зубы не пострадали, но рот закрывался плохо, и во время завтрака еда то и дело вываливалась обратно в тарелку. Избитый злился и кидал на своего обидчика злобные взгляды исподлобья, но так, чтобы тот не видел. Остальные рабы либо избегали Альва, либо пресмыкались перед ним. Ему было тошно. И от них, и от себя, и от своего положения в Андере.
О ночном происшествии при первой же возможности доложили Солу, и он прилетел в гаремник разъяренным вихрем.
И тут же набросился на Альва.
— Опять безобразничаешь! — кричал старик, захлебываясь слюной. — Вчера разгромил общий зал, сегодня избил одного из рабов. А завтра что? Устроишь в спальне поджег? Утопишь кого-нибудь в колодце? Негодник! Одни проблемы от тебя! Такое поведение недопустимо!
Альв встретил управляющего в привычной позе — лежа на кровати и вперив взгляд в днище верхней койки. Рассказывать, что на него напали первым и пытались задушить подушкой, он не стал. Во-первых, оправдываться было ниже его достоинства. Во-вторых, ему бы все равно не поверили.
Разглядывая синюю щеку Верзилы, Сол квохтал, как курица-наседка.
— Ох, лекаря надо звать. Страшно представить, что скажет кера Люида. А если она захочет своего раба сегодня, а у него такой вид? Что делать? Что делать? Меня же во всем и обвинят.
Он снова повернулся к Альву:
— Паскудник! Ты испортил имущество госпожи! И меня подставил. Вредный, упрямый, неуправляемый мальчишка! Я сыт твоими выходками по горло!
Альв молча рассматривал деревянное полотно над головой.
— Тебя надо наказать! Выбить из тебя всю дурь!
Альв фыркнул, ожидая, что Сол назначит ему еще один день голодовки, но управляющий его удивил.
— Пусть наказание для тебя выберет твоя хозяйка, — заявил Сол. — Да! Какая хорошая идея пришла мне в голову! Мы сейчас же пойдем к кирнари Хель и расскажем ей о твоем поведении. В конце концов, ты испортил имущество уважаемой керы Люиды, и претензии она предъявит твоей госпоже. Кирнари придется возмещать ей ущерб. Ух, как она разозлится! И накажет тебя!
Ликуя, старик потряс костлявыми кулаками в воздухе. Он был в восторге от своего решения.
— А ну поднимай задницу с кровати! Мы идем к кирнари.
Судя по взгляду Сола, он ожидал от Альва сопротивления, но тот послушно встал на ноги, ибо внезапно понял, что хочет кое о чем поговорить со своей бывшей невестой.
В полумраке коридора стоял Альв. Когда я открыла дверь шире, то заметила рядом с ним Сола. При виде меня старик льстиво улыбнулся и начал кланяться.
— Добрая госпожа. Молю вас о снисхождении. Я не справился со своими обязанностями. Не уследил за вашим рабом. Усердный язычок…
— Пожалуйста, не называй его так, — поморщилась я.
Это глупая кличка, придуманная Кияной, чтобы унизить Альва, резала слух и смущала меня своей пошлостью.
— Смиренно прошу прощения, кирнари, — растерялся Сол. — Я думал, это вы дали своему рабу такое имя. Как же мне называть его?
— Альв. Просто Альв.
Альв повернулся к своему спутнику и окинул его выразительным взглядом. Мне даже показалось, что на его лице отразилось торжество.
— Еще раз прошу простить меня за ошибку, — низко поклонился управляющий.
Я взмахнула рукой, говоря этим жестом, чтобы он покончил с извинениями.
— Зачем вы пришли?
— Дело в том, что Усердный… — мужчина запнулся и быстро исправился, — Альв ведет себя не так, как подобает рабу. Портит в гаремнике имущество, избивает других невольников.
Я округлила глаза.
Чего-чего, а такого я от Альва не ожидала. Какими бы недостатками ни обладал мой бывший жених, склонным к агрессии он не выглядел. Но неужели он еще хуже, чем я о нем думала? Будучи сильным воином, нападать на слабых рабов, которые не могут себя защитить и обучены лишь одному — ублажать женщин в постели… Фу, как это низко и подло.
— Конечно, это моя вина, — продолжал Сол, изо всех сил изображая раскаяние. — Не уследил. Позволил ему покалечить любимчика глубокоуважаемой керы Люиды…
Покалечить?
Он кого-то покалечил? О боги!
Слушая Сола, Альв закатил глаза. Виноватым он не выглядел и, похоже, совсем не сожалел о содеянном.
Меня охватило возмущение.
— Сильно покалечил? — спросила я с беспокойством, метнув в сторону эльфа гневный взгляд.
— Бедняга не может есть.
Ох…
— Бедняга получил то, что заслужил, — припечатал остроухий подлец.
Сол замахнулся на него кулаком: