Сталин перечитал еще раз и грохнул кулаком по столу так, что, открыв дверь, в кабинет обеспокоенно заглянул его помощник. Убедившись, что с его шефом все в порядке, Поскребышев понимающе прикрыл за собой дверь и вернулся к своим делам.
«Крысы начали бежать с корабля! Значит это правда и война начнется этим летом и отданные вчера приказы в приграничные округа своевременны и оправданы».
Вызвав Поскребышева, Сталин потерянно распорядился — Через час пригласите всех членов Политбюро и правительства, товарищам Меркулову, Кузнецову и Тимошенко передайте — от их наркоматов помимо первых лиц и их заместителей должны присутствовать все руководство разведки и контрразведки. От наркомата обороны помимо Жукова должны присутствовать все руководство Генштаба и Главного политуправления. На повестке дня — создание Государственного Комитета Обороны и перевод экономики страны на военные рельсы.
Бойко, успевший поспать три часа, внимательно слушал отчет Строева — Товарищ подполковник! — Строев расстелил карту Белоруссии — Западнее районного центра Ивенец расположены труднопроходимые леса Налибокской пущи. Налибокские леса — самый большой лесной массив в Беларуси, размещённый в бассейнах правых притоков Немана — Западной Березины и Усы, от Ошмянской возвышенности на севере к Минской возвышенности на востоке. Почти две тысячи квадратных километров занимают эти леса и совместно с товарищем Пономаренко мною было принято решение создать именно там Ивенецкое партизанское соединение, именно там сейчас роют землянки для пары десятков партизанских отрядов. Один из лагерей, вот этот, будет нашей базой, туда переправлено все наше добро из под Барановичей. Палатки сложены и также доставлены для дальнейшего их использования. Подготовлены множество схронов для продовольствия, взрывчатки и боеприпасов. Красными крестиками отмечены схроны для партизан, подготовленные НКВД еще в начале тридцатых. Правда большинство запасов после тридцать седьмого года было вывезено обратно, но сотрудники НКВД и НКГБ сейчас заполняют свои схроны по новой. Мы даже с полсотни сорокопяток с запасом боекомплекта смогли спрятать в этих лесах. Сейчас большинство наших бойцов вместе с местными проводниками изучают охотничьи тропы, готовят на болотах гати для незаметного перемещения по казалось бы непроходимым топям. Строятся коровники и курятники — после эвакуации населения набралось целое стадо кров и коз. Да и лошадок несколько десятков решили оставить. Запасы сена мы также переправляем в лес. Ивенец и все окрестные населенные пункты почти полностью эвакуированы. Правда часть евреев ни в какую не хочет покидать свои дома, уверенны, что если в Первую мировую их не трогали, то и сейчас оставят в покое. Но всех детей мы у них изъяли и эвакуировали, якобы отправили в пионерские лагеря. Одних попробовали силой вывезти, так они сбежали по дороге. А эти идиоты, если так хотят поучаствовать в изучении печей изнутри, то кто мы такие, чтобы им мешать?
— Ну и шуточки у вас, товарищ капитан! — поморщился сидевший за столом для совещаний Пономаренко.
Бойко усмехнулся — Андрей после участия в нескольких войнах стал циником. Твои предпринятые меры одобряю. Молодец! Продолжай в том же духе. Похоже эти леса станут для нас на годы единственным убежищем. Про бани не забудь! И сортиры ройте, нехрен по кустам бойцам бегать и все вокруг дерьмом покрывать. Колодцы также подготовьте обязательно. А теперь заслушаем вас, товарищ Пономаренко.
