Фемий слёг с температурой. Вудди, которая взяла на себя обязанность ухаживать за пилотом, заявила тому, будто теперь в его честь назовут новую болезнь. Парень так распереживался, что лежал пластом весь оставшийся день.
День второй.
Пилота подняли на ноги, посадили за штурвал, однако из-за просроченного лекарства его всё время тошнило. Кто-то принёс ему ведро. Джек Смит ходил за Икаром и ныл по поводу их дела, а старпом огрызался и рекомендовал уважаемому представителю скрыться в каюте и сидеть там, пока они не прибудут в порт.
День третий.
Сломался грав. К счастью, Фемия уже не тошнило. Зато в уныние впала Вудди. Их храбрый механик заявила, что не желает и минуты провести на этом дырявом корыте, но поскольку вариантов было немного, благосклонно согласилась подождать до ближайшей станции. Икар успокоил девушку.
День четвёртый.
Ближе к концу вечера Икар нашёл Вудди в оборонительном отсеке, то есть секции, где все четыре стены были из толстого непробиваемого стекла, откуда оператор управлял оружием. Девушка парила в невесомости всего лишь в майке и трусах, но с наушниками на голове. Рядом с ней плавала полупустая бутылка рома. Вудди открыла глаза и взглянула на старпома:
– Вот так вот, ― её речь не была похожа на речь пьяного человека. ― Не ругайтесь, у меня как раз свободное время до утра. Будете?
Она ловко поймала бутылку и протянула её Икару.
– Я и не собирался, ― буркнул старпом и взял бутылку.
– Я её у Макария нашла. Любил он хороший ром со старушки Земли. А вот Фемий отказался. Мол, ему противопоказано.
Икар открыл бутылку и всё-таки хлебнул. Спорить с пьяной женщиной опаснее, чем голышом выйти против полка Союза. На самом деле хотелось напиться зверски, до беспамятства, до серой мути перед глазами, но нельзя.
Вудди внезапно оттолкнулась ногой от стенки и в полёте обняла Икара за шею. От её губ пахло ромом:
– А ты симпатичный, когда удивляешься.
Икар мягко отстранил от себя девушку:
– Прости, но я не…
– Да брось! ― рассмеялась Вудди. ― Я не люблю долгие отношения, поэтому знакомлюсь только с гонщиками в аэрокарах. К тому же ты старый.
Старый! Такого Икару ещё никто не говорил.
День пятый.
Утро началось со стонов Вудди: она хваталась за голову и ругала собственную беспечность. В этот раз уже Фемий приносил ей пакетики и какие-то капсулы против похмелья.
Приближающуюся светящуюся точку заметил Джек. Спустя некоторое время радар показал, что впереди небольшой корабль класса «Галей», то есть старое корыто, которое должны были утилизировать полвека назад. Икар послал на судно запрос и получил странный ответ: «Грибы есть. Водка есть. Приму кислород и воду. Причаливать будете?»
Когда два корабля поравнялись, в эфир постучались. Икар надел наушники:
– Старший помощник «Афродиты» Икар Марсе слушает.
– Ух ты, целый помощник! ― голос был хриплым и явно принадлежал человеку немолодому. ― Я Сафури Бластроп, клирик малой Английской церкви. Отшельник. У вас воды случайно нет? А то у меня остался всего баллон, а очень хочется помыться. Могу обменять на грибочки, голубенькие. Или водку.
Фемий закатил глаза, но промолчал.
– Как называется ваш корабль?
– «Неземное блаженство».
Пилот хрюкнул и уткнулся в собственные руки. Его тело сотрясала мелкая дрожь.
– На вашем корабле кто-то ещё есть?
– Только старушка Мария. Хотя нет… она, кажется, уже умерла. Старший помощник, если не трудно, подкиньте воды, хоть немного. А то мочи нет: всё чешется.
Икар взглянул в иллюминатор, в свою очередь отшельник выглянул в свой ― это был старик с длинной белой бородой. Он весело махал рукой и улыбался.
– Мы причалим.
Переходной рукав плавно пристыковался к шлюзу «Неземного блаженства». Когда Икар ступил на корабль, первое, что бросилось в глаза ― его старость: краска облупилась, кое-где виднелись проплешины внутренней проводки, но все видимые поверхности были расписаны голыми женскими телами. Одни купались в воде, другие протягивали гроздья винограда ангелам, третьи мечтательно смотрели вверх, сидя на облаке…
– Наконец-то хоть один живой человек! ― к Икару бросился седой старик в старой форме Союза. ― Наконец-то! Я думал, что ещё немного, и совсем сойду с ума! Как умер старина Рич, здесь стало очень скучно!
Сафури Бластроп проводил Икара на мостик, вернее в кабину пилота: до того она была мала. Налил чая из грибов, правда старпом решил его не пить, и поведал свою историю.
