– Подождите, как-то было… – Элеонора усердно чесала ладонью лоб. – Мы в постели лежали, Виктор разомлел, был в прекрасном настроении… Еще и днем у него хорошо дела шли, но он о них не распространялся… Я пару раз спрашивала, где он живет в Европе, просила рассказать, как там живут люди, интересно же. У нас про жизнь за рубежом почти не пишут и не показывают, только про демонстрации против эксплуататоров да про то, как рабочий класс у них задыхается… Извините. Но ведь так же? Он всегда отмалчивался или начинал грубить, а тут был в благодушном настроении и сказал, что загадает загадку. Мол, город, где он живет, просто дышит Средневековьем, одно время принадлежал Франции, потом Нидерландам, а сейчас принадлежит Бельгии. В Средние века был чуть не центром европейской торговли. Мол, если отгадаю, то молодец. А мне откуда знать, по истории тройбан едва натянули в аттестате. Рыться в энциклопедиях? В общем, сдалась. Он рассмеялся: мол, повышай уровень эрудиции, детка. Потом еще выпил вина, язык немного развязался. В том городе, говорит, и работаю, есть там одна контора, почет и уважение, подчиненные ценят. А еще начал заливать, что у него жена, двое детей, трое внуков, и вообще с личной жизнью полный оʹкей. Как будто это то, что я хотела в постели услышать… – Элеонора фыркнула. – Хотя понимала, конечно, что когда-нибудь он уедет…
Больше ничего полезного барышня не сообщила. В отделе озадаченно молчали, чесали затылки. Высшее образование, к сожалению, ничего не значило.
– Ну не знаем мы, товарищ майор, – выразил всеобщий конфуз Олежка Яранцев, – оно нам надо – по жизни-то? Все эти войны Алой и Белой Роз, королева Марго с ее гугенотами, Вальпургиева ночь…
– Варфоломеевская, – поправила Зинаида. – А я историю люблю. Но чтобы такой город, который кочевал по разным странам… Ладно, хоть государство знаем – Бельгия.
– Бельгия – она большая, – протянул Яранцев.
– Двоечники, – рассердился Никита, – чему вас только в школе учили?
– Видимо, тому же, чему и тебя, – осторожно заметил Белинский. – Ты не огорчайся, командир, мы поспрашиваем у умных людей – такие в здании есть. А если на бутылку коньяка мелочи наберешь, то я тебе ответ минут через сорок принесу.
Он принес ответ через полчаса. Эрудита звали лейтенант Тимашевский, он трудился в аналитическом отделе и, по счастью, ничего крепче кефира не пил.
– Стыдно не знать, товарищи, – возвестил Белинский. – Этот город называется Брюгге, находится недалеко от Северного моря, в Западной Фландрии – это такая историческая область. Город – просто ходячее… вернее, стоячее Средневековье. Сам по себе небольшой, тысяч сто населения. Основан тьму веков назад, вроде в двенадцатом веке, но уже в III веке там были поселения. Он и впрямь был центром европейской торговли. Мясо, сукно, пивоварни, бриллианты гранили… Старчоус прав, город несколько раз переходил из рук в руки – и французские короли им владели, и голландские. Город считается красивым, там много каналов – как в Ленинграде, или в какой-нибудь Венеции, или Амстердаме…Так что выяснили, где живет и работает Старчоус… Ты как-то не прыгаешь от восторга, командир.
– Если выяснили, то хорошо, – допустил Никита. – Если же Старчоус просто водил нас за нос, действуя через Снежинскую, зная, что когда-нибудь мы выйдем на нее…
– Мудрено как-то, – озадаченно сказал Белинский. – Слушай, тебе обязательно надо все усложнять? Ну, выпил человек, настроение было отменное, опять же в постели все получилось – почему не сыграть с этой дурочкой, которая все равно в истории не рубит? Потом, возможно, пожалел, но слово не воробей. Бери за основу то, что есть, версия реально рабочая.
Снова поступила информация от всезнающего полковника Сарнова. В Брюгге под вывеской сервисного центра по обслуживанию граждан действует разведывательный центр по сбору и анализу информации, поступающей из стран Восточной Европы, в том числе Советского Союза. Контора зашифрована – даже местные власти туда не пускают. В сервисный центр попасть можно – отремонтировать магнитофон, стиральную машину. А вот в его кулуары… Контора не единственная в мире, только в Европе таких с десяток, и все связаны между собой – поскольку враг у них общий: великий и ужасный Советский Союз. В центре планируются разведывательные операции, готовятся агенты для отправки в социалистический лагерь, проводятся предварительные работы по их внедрению, поиск лиц, согласных сотрудничать, расконсервация старых «закладок».
– В общем, все то, что любит Старчоус, – резюмировал Сарнов. – Это его стихия, в которой он как рыба в воде. С большой долей вероятности Старчоус там. Готовит новые кадры, «оживляет» старые. Вполне допускаю, что в Брюгге у него дом, семья – почему бы и нет? Люди обзаводятся семьями, даже такие, как Старчоус. Долго на работу ехать не приходится – городок маленький. Проверить, конечно, надо, но со всеми мерами, сам понимаешь. Думаю, резидентуре в Брюсселе про этот вертеп известно…
