Алейша почувствовала, как от ее лица отливает кровь. Кто-то фыркнул, но мало кто даже на нее посмотрел.
– Я думал, ее закрывают, – сказал Рахул, подмигивая ей и стараясь завязать разговор.
Алейша промолчала. Ей хотелось, чтобы это поскорее закончилось – ей все равно было больше нечего сказать.
Она провела вечер, стараясь вести себя так, будто не было огромной пропасти между ней и Мией, между ней и друзьями, которые теперь стали совершенно чужими. Которые вращались в одних и тех же кругах, жили в одном и том же месте и тем не менее ничего не знали о подробностях жизни друг друга. Рахул продолжал смотреть на нее, выискивая любую возможность завести беседу, так что ее единственной защитой была Мия. Она не сводила с Мии глаз, потягивая из бутылки фруктовый сидр, притворяясь, что ей интересно слушать про летний отдых их семьи и травку, которую она покуривает с отцом и братом. Дичь.
К одиннадцати часам народ начал по одному расходиться. Все они хотели пораньше попасть домой – это была их третья ночная тусовка за неделю, и сегодня просто становилось прохладно. Алейша весь вечер не отходила от Мии. Ни с того ни с сего Мия вдруг откидывала голову назад и смеялась, едва не опрокидываясь и таща за собой Алейшу, которая старалсь удержать их обеих. Она заметила, что некоторые парни смотрят на Мию, наблюдая, как она пьянеет с каждой секундой, становится все громче и веселее.
– Ми, может, уже пойдем домой?
Мия пьяно покачала головой, вытянула вихляющуюся руку вверх и принялась подпевать дребезжащей музыке, льющейся из чьего-то телефона. Барбекю было забыто, и компания пометила свою территорию кольцом пустых бутылок и жестяных банок.
Алейша попыталась поднять Мию на ноги, но та твердо решила валяться на спине, глядя в небо и напевая, под шорох ветерка.
Неожиданно рядом с Алейшей оказался Рахул.
– Давай я тебе помогу, – предложил он.
– Нет, я в порядке, – ответила за Алейшу лежащая на земле Мия.
– О’кей, – кивнула ему Алейша. Одной ей было не справиться.
Рахул больше ничего не сказал, садясь на корточки перед Мией.
– Мия, – мягко произнес он. – Я думаю, нам пора идти. Уже поздно, все собираются домой.
Мия картинно замотала головой.
– Никто не идет домой, – проговорила она, и слова ее вдруг прозвучали четко и ясно. – Алейша здесь, и мы должны извлечь из этого максимум. Мы можем никогда ее больше не увидеть.
Совместными усилиями Алейше и Рахулу удалось оторвать Мию от земли, закинув ее руки себе на плечи. Даже когда Мия встала на ноги, они продолжали ее тащить. Потом Мия попрощалась, жалуясь на своих поводырей, и побрела прочь из парка.
Алейша была в отчаянии, но изо всех сил старалась это скрыть. Эйдан всегда говорил, что может читать ее как книгу, – и она надеялась, что никто другой на это не способен. Ей не хотелось, чтобы вечер закончился вот так. Ей бы хотелось, чтобы ее подруга не была такой мертвецки пьяной. Ей бы хотелось, чтобы Рахула тут не было.
Мия по-прежнему жила в том доме, где выросла, на противоположном от Алейши конце Уэмбли. Алейша надеялась, что подруга сможет добраться домой на автобусе. Было еще рано, поэтому она знала, что Эйдан пока не спит. Вероятно, смотрит что-нибудь на Ютьюбе, за этим занятием она обычно заставала его в это время суток. Он сидел в темной гостиной, экран компьютера освещал его лицо, придавая ему зеленоватый, мертвецкий оттенок. Надо послать ему сообщение. Но она знала, что это будет все равно что признать поражение, признать, что она не смогла повеселиться, как ни старалась. Это докажет ему, что она не так хороша, как ее старший брат. И она так и не вынула телефон из кармана.
На улице, где жила Мия, Алейша узнала знакомые дома, и мышечная память довела ее до места.
Когда они подошли к двери, все окна чернели, шторы были задернуты. Стояла полночь, улица спала. Алейша не решилась позвонить в звонок. Рахул пожал плечами. Мия была недостаточно трезвой, чтобы отыскать в сумке ключи, поэтому Алейша стала ей помогать, следуя за их бренчанием. Наконец она открыла за подругу дверь, та проковыляла за порог и, ни слова не говоря, захлопнула дверь перед носом у Алейши и Рахула. Они услышали еще несколько бряканий, стуков и громыханий. Зря они опасались перебудить весь дом. Мия все равно сделала это за них.
– Что ж, – сказал Рахул, – теперь я провожу тебя.
Алейша замотала головой.
– Нет, все в порядке.
Рахул настаивал, но Алейша достала телефон. Настала пора выбросить белый флаг. Она позвонила Эйдану.
