— Со мной. — Я обнял ее за плечи, как будто защищая. — У тебя есть пригласительный билет?
— Сейчас поищу. — Она начала рыться в огромной сумке. — Я почему-то не могу его найти.
— Не волнуйся. — Я со значением посмотрел на администратора. — Если надо, я получу другой.
— Это не обязательно. — Он пропустил нас.
Я видел, как расстроена Мэйси. К тому времени мы стали объектом внимания половины банкетного зала. Я быстро провел ее в холл, подальше от любопытных глаз.
— О, Майкл, прости меня.
— Что случилось? — Я обнял ее: она вся дрожала.
— Съемка затянулась.
— Я уже догадался. Ты, вероятно, не успела переодеться.
Наверняка в этом халате она снималась в рекламе.
Она кивнула.
— Я не знала, что снимаюсь в двух сценах. Первая в современном магазине, вторая — из шестидесятых. Если бы я поехала переодеваться, то вообще не попала бы на банкет.
— Все в порядке.
— Нет. — Она чуть не плакала. — Я тебя опозорила и не могу остаться.
— Перестань. Я хочу познакомить тебя с друзьями, не волнуйся, мне все равно, в чем ты. Мнение других меня не интересует. Ты же знаешь, как я тобой горжусь.
— Я все разрушила. Я не смогу… Прости…
Я взял ее за плечи, отстранил и заглянул в глаза.
— Не глупи. Пойдем со мной в зал и поужинаем. Ты скоро забудешь об этом недоразумении.
— Я не могу… Не надо было приходить. Но мне не хотелось, чтобы ты думал, что я тебя подвела… — Она спрятала лицо в ладонях.
Я понял, что она не сможет в таком состоянии войти в зал, тем более обстреливаемая любопытными взглядами.
— Ты хочешь домой?
— Да. — Она всхлипнула.
Неохотно, но я вынужден был согласиться и обнял ее снова, чтобы успокоить и приободрить.
Мы так и стояли, обнявшись, пока нас не прервал Ричи, который поспешно вышел из зала.
— Майкл! Они сейчас объявят победителей!
— Да, да, я иду.
Мэйси освободилась из моих объятий и неуверенно улыбнулась.
— Со мной все в порядке. Иди туда.
Ричи посмотрел на нее, потом на меня и опять на Мэйси. Потом потянул меня в сторону.
— Так это и есть Мэйси? — Он как будто не мог поверить своим глазам.
— Она пришла прямо со съемок рекламного ролика.
— Ага… — Взгляд его стал задумчивым, он понизил голос. — Это Мэйси
— Нет. Это
— О…
Редко я видел, чтобы Ричи не находил слов. Он открыл было рот, затем закрыл, повернулся и исчез в зале.
— Это был мой шурин. Мне показалось, ты бы не хотела сейчас знакомиться.
Она лишь кивнула.
— Я подъеду, когда все закончится, — пообещал я. Мое предложение руки и сердца подождет до следующего раза.
Мэйси смотрела на меня блестящими от непролитых слез глазами, потом обняла за шею и поцеловала продолжительным поцелуем. Когда отстранилась, я увидел, что слезы покатились по щекам. И прежде, чем я успел сказать что-либо, она бросилась прочь…
Ее слезы и поцелуй насторожили меня, что-то было не так. Я хотел бежать за ней, но в это время услышал объявляемое в микрофон свое имя. Я вошел в зал, увидел, как мне аплодируют, и понял, что назван победителем.
Остаток вечера прошел как в дурном сне. Под благовидным предлогом я пытался уйти, но не смог. Как победитель, я должен был остаться после банкета для интервью «Сиэтл таймс». Потом появился фотограф. Мы ушли из отеля только в двенадцатом часу.
Несмотря на позднее время, я должен был увидеть Мэйси. Меня охватила смутная тревога, когда я остановился у сказочного домика и увидел, что в окнах темно. Только на крыльце горел свет. Я поспешил по дорожке к входной двери и увидел, что к стеклу приклеен конверт, адресованный мне.
Я не забыл, что мои отношения с Мэйси начались с другого письма — письма Ханны.
Стоя под кругом света на крыльце, я разорвал конверт и достал письмо, поместившееся на одном листке.
Прости меня, но я не могу».
Не могу — что? — удивился я.
«Ханна ошиблась. Я совершенно неподходящая тебе пара. Я всегда буду ставить тебя в неловкое положение, и ты будешь стыдиться меня. Как это произошло сегодня».
Глупости. Я совсем не испытывал ни смущения, ни стыда, когда она явилась на банкет в нелепом наряде. Признав факт, что я люблю Мэйси, я принял ее такую, какая она есть, порывистую, непредсказуемую, независимую. И теперь эти качества мне очень нравились, казались привлекательными. Мы были разными, но это и притягивало меня.
«Я не могу больше с тобой встречаться. Знаю, ты решишь, что я действовала импульсивно и свое решение приняла сгоряча. Но это не так. Я забираю кошек и уезжаю на длительное время. Так будет лучше».
Лучше для кого? Только не для меня. Мне хотелось спорить, только было не с кем.
